Рудольф Штайнер

Духовные Иерархии и их отражение в физическом мире.

Зодиак, Планеты, Космос.

Десять докладов, прочитанных в Дюссельдорфе с 12 по 18 апреля 1909 г.

GA 110

Rudolf Steiner

Geistige Hierarchien und ihre Widerspiegelung in der Physischen Welt.

Tierkreis, Planeten, Kosmos.

Zehn Vorträge, gehalten in Düsseldorf von 12. bis 18. April 1909

GA 110

ПЕРВЫЙ ДОКЛАД. 12 апреля 1909г., утром

ВТОРОЙ ДОКЛАД. 12 апреля 1909 г., вечером

ТРЕТИЙ ДОКЛАД. 13 апреля 1909 г., утром

ЧЕТВЁРТЫЙ ДОКЛАД. 13 апреля 1909 г., вечером

ПЯТЫЙ ДОКЛАД. 14 апреля 1909 г.

ШЕСТОЙ ДОКЛАД. 15 апреля 1909 г.

СЕДЬМОЙ ДОКЛАД. 16 апреля 1909 г.

ВОСЬМОЙ ДОКЛАД. 17 апреля 1909 г.

ДЕВЯТЫЙ ДОКЛАД. 18 апреля 1909 г., утром

ДЕСЯТЫЙ ДОКЛАД. 18 апреля 1909 г., вечером

ПЕРВЫЙ ДОКЛАД. 12 апреля 1909г., утром

Настоящий цикл докладов введет нас в высшие сферы духовной жизни. Он, так сказать, не только перенесет нас от места нашего обитания - Земли - в физическое мировое пространство, но и возведет в духовные миры, из которых, собственно, и взяло свой исток само физическое мировое пространство. Тем не менее, именно такой цикл докладов покажет вам, что все знание и вся мудрость, в сущности, сводятся к тому, чтобы разрешить огромную, поистине величайшую загадку - загадку Человека. Ибо, чтобы понять сущность Человека, необходимо привлечь весьма и весьма отдаленные вещи. При этом, правда, необходимо, чтобы желающий принять участие в этом курсе уже был вооружен некоторыми основными духовнонаучными понятиями. Однако все уважаемые слушатели, в сущности, обладают ими. Поэтому мы в этом цикле можем в духовном поиске подняться, быть может, на особенно большую высоту, хотя при этом всегда необходимо стремиться к тому, чтобы сделать доступными для понимания вещи, которые придется привлечь из весьма и весьма отдаленных сфер.

Когда нам приходится говорить о том, что принято называть духовными иерархиями, это означает, что наше духовное око должно быть обращено ввысь, к тем существам, бытие которых на нашей Земле простирается над человеческим миром. Нашим, так сказать, чувственным органом зрения мы можем воспринимать лишь ряд таких существ, которые представляют собой четыре ступени определенной иерархии: мир минералов, мир растений, мир животных и мир человека. Над человеком начинается мир невидимых существ, и человеку, - благодаря знаниям о сверхчувственном, в той мере, в какой они для него возможны - дано возвыситься до уровня тех сил и существ, которые в сверхчувственном, незримом мире являются продолжением этой четырехступенчатой иерархической последовательности, существующей в земном бытии.

Наука и исследование, которые могут ввести нас в эти сферы, отнюдь не являются, как все вы знаете, чем-то таким, что лишь в наше время впервые появляется в развитии человечества: существует некая первозданная - мы вправе назвать ее так - древняя мудрость. Ибо все то, что человек может исследовать, что он может знать и постичь, и чего он способен достичь посредством понятий и идей, все то, чего он способен достичь благодаря особым ясновидческим имагинациям, инспирациям и интуициям, - все это, так сказать, испытывается и переживается человеком после того, как все это впервые переживали и знали существа, стоящие выше Человека. Если воспользоваться тривиальным сравнением, то мы могли бы сказать следующее: сперва у часовых дел мастера появляется идея, замысел часов, и затем в соответствии с ними он и изготовляет часы. Часы создаются согласно мыслям часовщика, предшествовавшим изготовлению часов, и каждый может впоследствии разобрать часы, проанализировать и изучить, из каких мыслей часовщика возникли эти часы. Такой человек следует за мыслями часовщика и вновь продумывает их. Только так, в сущности, и может действовать человек на сегодняшнем этапе своего развития по отношению к первозданной древней мудрости - мудрости духовных существ, стоящих выше него. Именно они некогда уже обладали и имагинациями и инспирациями, и интуициями, и идеями, и мыслями, по которым был создан окружающий нас мир. И в этом мире человек вновь обнаруживает эти замыслы и идеи; и когда он возвышается до ясновидческого созерцания, он вновь встречается с имагинациями, инспирациями и интуициями, с помощью которых он вновь проникает в мир духовных существ. Поэтому мы можем сказать: прежде, чем возник наш мир, уже существовала та самая мудрость, о которой мы, собственно, и должны говорить. Она и есть план мироздания.

Итак, как далеко мы должны вернуться, чтобы, оставаясь в пределах действительности, встретиться с этой первозданной мудростью? Придется ли нам возвратиться к какому-то определенному историческому периоду, когда учил тот или иной великий учитель? Разумеется, мы сможем научиться очень многому, возвращаясь в те или иные исторические эпохи и становясь учениками великих учителей прошлого. Однако для того, чтобы встретиться с первозданной мудростью в ее истинном, наивысшем проявлении, мы должны возвратиться в те времена, когда еще не существовало внешней, видимой Земли, и когда не было окружающего мира, воспринимаемого чувствами, ибо он сам возник из самой этой мудрости. Однако эта мудрость, согласно которой божественно-духовные существа создали наш мир, была впоследствии дана и человеку. Те мысли и идеи, по которым боги создали этот мир, человек мог затем созерцать и воспринимать в своем мышлении. И, после того как эта первозданная мудрость, мудрость создателей миров, прошла через многообразные формы, она определенным образом, как это известно многим из вас, после большой атлантической эпохи стала достоянием святых Риши нашей первой послеатлантической культуры, достоянием великих учителей Индии.

Эта первозданная мудрость великих Риши присутствовала в такой форме, о которой современное человечество способно составить себе лишь весьма и весьма слабое представление. Ибо человеческие способности мыслить и ощущать сильно изменились с тех пор, как великие учителя Индии впервые начали учить послеатлантическое человечество; и если бы сегодня было сказано многое из того, что звучало из уст святых Риши, большинство душ на всей Земле вряд ли восприняло бы нечто большее, чем просто слова. Чтобы действительно понять то, что пришло сперва как мудрость к послеатлантическому человечеству, необходимы еще и другие способности ощущать, кроме тех, которыми человечество обладает сегодня. Ибо все то, что было записано об этой мудрости, все то, что сказано о ней в прекраснейших и лучших книгах, есть всего лишь слабый ее отголосок. Это во многих отношениях затемненная и искаженная мудрость. И хотя все еще так прекрасны и возвышенны Веды, так красиво звучат гимны Заратустры, так величественно звучит для нас мудрость древних египтян и многое, многое другое, чем мы не можем, конечно же, в полной мере восхититься, тем не менее, все то, что написано, является лишь слабым отблеском великой мудрости Гермеса, Заратустры и возвышенного знания, возвещенного древними Риши. И хотя эта возвышенная мудрость сохранилась для человечества, она всегда была достоянием определенных узких кругов, которые сохраняли эти священные - как называют эти знания - тайны. В мистериях Индии, Персии, Египта, Халдеи, в христианских и прочих мистериях вплоть до наших дней сохранилось все то, что составляло древнюю мудрость человечества. Вплоть до самого последнего времени лишь в этих узких кругах было возможно найти живую, а не книжную мудрость. По причинам, которые станут ясными именно из этого цикла докладов, в наше время наступила эпоха, когда в широчайшие массы человечества должно проникнуть все то, что было достоянием живого опыта в маленьких кругах. Ибо древняя мудрость, например, мудрость святых Риши, никогда не иссякала. Она, словно бы пройдя сквозь источник вечной молодости, дошла до того времени, которое мы называем началом нашего времени. Эта древняя священная мудрость, разлитая тогда в человечестве, возвещалась Заратустрой и его учениками, халдейскими и египетскими учителями; она изливалась в провозвестничестве Моисея, и, как из свежего источника, по-новому заструилась, получив совершенно новый импульс благодаря явлению Христа на Земле. Но она стала вначале настолько глубокой и внутренней, что может вновь лишь постепенно распространиться в человечестве. Поэтому мы видим, что со времени возвещения христианства древняя мудрость разливается в человечестве сначала медленно и постепенно.

Существуют сообщения, содержащиеся в Евангелиях и других христианских писаниях, которые в обновленном виде содержат в себе мудрость святых Риши, как бы вновь родившуюся из источника вечной молодости. Но как могло это быть понято именно в ту эпоху, для облагорожения которой и было создано христианство? Из евангельских откровений было понято очень и очень немногое, а дальнейшие попытки постичь Евангелия постепенно привели во многих отношениях вновь к непониманию. Еще и сегодня Евангелия, в сущности, являются для широчайших масс человечества книгами, так сказать, за семью печатями; и поняты они будут лишь в будущем, просветленном древней мудростью. Все те сокровища, - которые содержатся в глубинах христианского откровения и являются ни чем иным, как сокровищами восточной мудрости, возрожденными с помощью новых сил, - сохранялись в узких кругах, продолжением которых стали различные мистериальные общества, как, например, братство святого Грааля, и, наконец, братство Розенкройцеров. Именно там хранились эти сокровища истины, доступные лишь для тех, кто в результате суровых испытаний был подготовлен к восприятию живой мудрости. Таким образом, сокровища истин Запада и Востока на протяжении многих и многих веков развития, начиная с самого начала нашего летоисчисления, оставались практически недоступными для самых широких масс человечества. Лишь отдельные их элементы время от времени проявлялись то тут, то там в необъятном мире; большая же их часть так и осталась тайной новых мистерий.

Однако настало время, когда содержание древней мудрости стало возможно выразить на языке, доступном для понимания большинства людей. Последняя треть девятнадцатого века и стала тем временем, когда о существе древней мудрости стало возможным говорить в более или менее откровенной форме. И лишь благодаря определенным явлениям, происшедшим непосредственно в духовных мирах, хранителям мистерий, была, так сказать, дана возможность поведать человечеству нечто о древней мудрости. Всем вам знаком ход теософского развития; вы знаете, что лед в теософском развитии был сломан благодаря той мудрости, которая была явлена таким способом, который сегодня нет необходимости описывать, в так называемых Станцах Дзиян. Эти Станцы Дзиян "Тайной доктрины" содержат глубочайшую, значительнейшую мудрость, содержат многое из того, что, имея своим истоком учение святых Риши, разлилось затем в учениях мудрецов Востока. В них содержится также многое из того, что затем, обновившись в христианстве, стало достоянием европейского Запада. Ибо в Станцах Дзиян содержится не только та мудрость, которая хранилась на Востоке, но и многое из того, что, так сказать, сияло яркими лучами света на протяжении многих веков нашей эры, в эпоху Средневековья, в тайных школах Запада. И также многое из того, о чем говорится в Станцах Дзиян, лишь постепенно будет понято во всей его глубине. Ибо здесь, пожалуй, наконец может быть сказано следующее: в Станцах Дзиян содержится такая мудрость, которая пока еще вообще не может быть понята в широких теософских кругах, такая мудрость, глубину которой невозможно исчерпать экзотерическими способностями; безнадежно пытаться экзотерическими способностями раскрыть подоснову этого значительного явления.

После того, как благодаря этому, лед, так сказать, тронулся, пришло время, когда появилась возможность говорить о многом, исходя из источников западного оккультизма, который, в сущности, представляет собой не что иное, как тот же восточный оккультизм, продолжающийся в новом качестве и активно воздействующий на все процессы духовной и физической жизни. Теперь можно черпать и из источников живого оккультизма, преданно сохраненного в мистериях розенкройцеров, и говорить, опираясь на них. Ибо нет такой мудрости Востока, которая не влилась бы в оккультизм Запада; и в учении и практике розенкройцеров вы можете найти абсолютно все, что некогда охраняли великие мудрецы Востока. Поистине, во всем, что можно познать как мудрость Востока нет ничего такого, что не содержалось бы в мудрости Запада. Разница лишь в том - если вообще хотят говорить о разнице - что мудрость Запада должна собрать воедино всю мудрость Востока, все исследования Востока, и, ничего не утратив из них, озарить все это светом, просиявшим для человечества благодаря явлению Христа. И поэтому пусть никто, когда говорится о западном оккультизме, то есть о таком оккультизме, который в известной степени связан с тайнами Риши Запада, которых невозможно увидеть телесными очами, не утверждает, что этому оккультизму недостает хотя бы йоты, крупицы того, что содержится в оккультизме восточном. На самом деле это не так. Просто западный оккультизм должен заново возродить эту мудрость, пронизывая ее импульсом Христа.

Все великие откровения, впервые зазвучавшие из уст Великих Риши для человечества, принося ему весть о сверхчеловеческих мирах, о сверхчувственном бытии, должны вновь найти отклик в том, что необходимо сказать о духовных иерархиях и их отражениях в физическом мире. И точно также, как геометрия древнего мудреца Евклида не стала чем-то иным, отличным от того, чем она была, несмотря на то, что ее теперь изучают и проверяют вновь и вновь, опираясь на новые человеческие способности, так и мудрость святых Риши мало в чем изменилась от того, что мы изучаем и познаем ее, опираясь на возможности, открытые для нас Христовым импульсом. И поэтому большую часть из того, что мы будем говорить о духовных мирах, мы без лишних слов будем именовать восточной мудростью. Ибо в таких предметах не допустимы ошибки и недоразумения, а между тем ошибки всегда подстерегают нас.

Те из присутствующих, кто еще не сумел перейти от ошибок к правильному пониманию, очень легко могут, например, неверно понять все то, что было сказано вчера в праздничном пасхальном докладе. Может случиться так - и мы должны упомянуть об этом, чтобы нас не поняли превратно - что среди слушателей есть и такие, кто не пожелает достичь полного понимания, и эти слушатели могут заявить: Вчера ты говорил о великих и так называемых святых истинах Будды. Ты утверждал, что Будда в своем учении открыл святые истины о жизни и о страдании в жизни: рождение есть страдание, страданием являются и болезнь, и старость, и смерть; страдание пребывать в разлуке с тем, кого любишь, страдание - не обладать тем, что вожделеешь. Вчера, могут утверждать многие, ты сказал нам: Если мы бросим взгляд - в эпоху после явления Христа в мир - на тех, кто действительно принял в себя Христов импульс, мы совершенно ясно поймем, что для тех, кто постиг импульс Христа и проникся им, прежние святые истины Будды о страданиях в жизни уже не имеют прежнего значения, ибо импульс Христа создал нечто, являющееся, так сказать, исцеляющим средством от страдания в жизни. Ты, может кто-то утверждать, сказал: Будда учит: рождение есть страдание. Постигшие же Христа отвечают: "Через рождение мы вступаем в жизнь, чтобы разделить ее с Христом, и благодаря такой причастности к Христу исцеляемся от жизненных страданий; точно так же целительная сила Христова импульса избавляет нас от болезней, и для познавших Христа болезнь более не является страданием, точно так же, как для познавших Христа уже не является страданием и смерть, и т. д." Но тогда кто-нибудь мог бы возразить: "Да, конечно, но я могу тебе доказать, опираясь на Евангелие, что в самом Евангелии имеются те же самые изречения, что и в священных писаниях Будды; и мы можем убедиться, что и в Евангелии сказано: жизнь есть страдание, болезнь - страдание, и т. д." И вообще, если судить поверхностно, можно сказать: "Итак, мы располагаем всеми этими современными религиозными документами, но их содержание можно отыскать уже в Буддизме; таким образом, в религиях нет никакого движения вперед, никакого развития; во всех религиях содержится одно и то же. Ты же говорил нам о прогрессе, доказывая, что древние священные истины Буддизма в результате возникновения христианства должны утратить свою истинность". - Тот, кто так говорит, тот только проявляет чудовищное непонимание. Ибо так отнюдь не было сказано; было сказано все, кроме этого. И поэтому особенно важно в этой сложной сфере понимать все совершенно правильно. Фанатику недоступно верное понимание, только объективный человек способен правильно понимать.

Тот, кто говорит, черпая из источника мудрости и исследований розенкройцеров, никогда не скажет, что что-либо из содержания писаний великого Будды устарело и утратило свою истинность, или что в писаниях великого Будды есть что-то неистинное. Каждый, кто возвещает нечто, черпая из источника розенкройцерства, разделяет убеждения Будды и всю Восточную мудрость, и ничего в ней не отвергает. Он говорит: "Да, все то, что ты, о великий Будда, постиг в глубинах своей души благодаря просветлению, все великие истины о страдании в жизни, - все это несомненно и истинно, истинно вплоть до последней крупицы и йоты. Ничто из этого никогда не будет отрицаться. Все останется навсегда. Но именно потому, что все остается навсегда, что истинно все сказанное Буддой, что рождение, болезнь, старость, смерть и пр. - все это является страданием, - именно поэтому импульс Христа становится могущественным и важным исцеляющим средством, ибо он и есть то, что избавляет от страдания, потому что столь же справедливо и то, что страдания проявляются тогда, когда от них не избавляет великий всемирный импульс. Почему Христос действовал? - Потому что Будда открыл истину. Человечество должно было сойти с тех духовных высот, где древняя мудрость выступала в своем истинном образе; человечество было необходимо привести к самостоятельности, низвести его в физическое бытие, вследствие этого жизнь и болезни стали страданием, но так же необходимо должно было в дальнейшем развитии прийти великое исцеляющее средство от этих непреложных фактов. Разве отрицает некую действительность тот, кто заявляет: "Да, поистине справедливо все то, что сказано об этой действительности, но в то же время нам дано и исцеляющее средство для того, чтобы направить в русло здорового развития все те факты, которые выражены посредством этих истин!" О, на тех вершинах бытия, где мы призваны искать сферы духовных иерархий, нет такого: буддизм против христианства, или христианство против буддизма, там Будда протягивает руку Христу, а Христос - Будде. Но всякое недооценка человеческого развития, всякая недооценка восхождения представляет собой в то же самое время недооценку того духовного деяния, которое имело место во время нашего земного развития - деяния Христа. Итак, не следует отрекаться от мудрости Востока, в которой на протяжении столь длительных периодов времени нисходила к людям мудрость святых Риши, а вместе с ней и древняя мудрость. В течение этих довольно длительных периодов времени, когда мудрость непосредственно изливалась в человечество, огромным массам людей, которые были, так сказать, не готовы к тому, чтобы приобщиться к источникам священных мистерий, было очень трудно достичь понимания этих мудрых откровений. Именно понимание было очень трудным.

В доатлантические времена, в эпоху, предшествовавшую великой катастрофе, когда огромные массы людей, еще обладавших даром ясновидения, старым и смутным ясновидением, обращали взоры в небесные пространства, стремясь узреть небесные иерархии, они видели все совершенно по-иному, чем позже, в послеатлантическую эпоху, когда древний дар ясновидения стал недоступным для громадных масс людей, и лишь физическими глазами могли теперь созерцать физические небесные дали! Поэтому во времена, предшествовавшие атлантической катастрофе, не имело никакого смысла говорить о тех небесных телах, которые сегодня рассеяны в космическом пространстве. Человеческий глаз, наделенный даром ясновидения, устремлялся в небесные просторы, и этими просторами были духовные миры. В те времена не имело смысла говорить ни о Меркурии, ни о Нептуне, ни о Сатурне и так далее, как говорит о них наша астрономия; ибо говорить о них так, как говорит наша астрономия о космическом пространстве и звездах и телах, находящихся в нем, могут лишь те, кто обводит небесные пространства чувственно-физическим оком. В атлантические времена все обстояло совершенно иначе. Тогда на Земле жило прежнее человечество, обладавшее даром ясновидения, которое, устремляя взоры в небо, не видело там физически ограниченные светила. И то, что сегодня способен видеть физический глаз, представляет собой, так сказать, лишь внешнее отражение той духовной сущности, которую возможно было созерцать прежде. И когда сегодня физический глаз смотрит в телескоп на то место в пространстве, где находится Юпитер, он видит, так сказать, физический космический шар, окруженный своими спутниками. Так устроен физический глаз современного человека. Чем же этот шар был для людей старой атлантической эпохи, когда они устремляли свои, еще не утратившие дара ясновидения, взгляды на ту же самую точку в пространстве, на которую сегодня люди смотрят своим физическим глазом? То, что видит физический глаз, глаз людей атлантической эпохи должен был видеть столь же неясно, как сегодня ваш физический глаз видит слабый одинокий огонек в густом осеннем тумане. Он видит нечто вроде туманного ореола вокруг огонька, а сам свет как бы исчезает в цветных кольцах, окружающих его. Точно так же и глаз жителя Атлантиды не увидел бы физическое тело Юпитера, но он увидел бы все то, что и теперь связывается с Юпитером, но чего люди уже не могут видеть - ауру Юпитера, ту совокупность духовных существ, выражением которых и является физический Юпитер. Так духовное око человека накануне атлантической катастрофы блуждало по мировым пространствам, всюду созерцая духовное. В те времена можно было говорить лишь об этом духовном, ибо разговоры о физических звездах тогда, когда у человека еще не открылось физическое око, были бы совершенно бессмысленными. Обращая взоры в космические пространства, человек созерцал духовных существ, духовные иерархии. Видели духовных существ.

И в ходе дальнейшего развития произошло нечто, для чего мы можем предложить следующее сравнение. Представьте себе, что мы движемся в густом тумане. Мы не можем видеть отдельные источники .света. Все окутано этой туманной аурой. Затем туман начинает рассеиваться, и отдельные источники света становятся чувственно воспринимаемыми. Ауры же напротив, становятся невидимыми. Это - не более чем физический процесс, служащий для сравнения. С Юпитером дело обстояло так, что глаз древнего человека видел его, Юпитера, ауру. Этот глаз созерцал в ауре тех духовных существ, которые принадлежали Юпитеру вследствие определенной ступени своего развития. Затем у человечества развилась способность физического зрения. Между тем аура осталась. Люди утратили способность видеть ее, но физическое тело Юпитера стоящее посередине стало приобретать в их глазах все более и более четкие очертания; было утрачено все то, что относилось к духовной сфере, и становилось видимым то, что в нем было телесного. И знание о том духовном, что окружает звезды, знание о тех существах, которые окружают эти звезды, было сохранено в священных мистериях. Именно об этом знании возвещают все святые Риши. В те времена, когда люди обладали уже лишь физическим зрением, святые Риши говорили о духовных атмосферах, о духовных обитателях этих космических тел, рассеянных в пространстве.

А теперь еще раз рассмотрим сложившуюся ситуацию. В тех местах, где было сосредоточено знание, говорили о духовных существах, окружавших космические тела. За пределами этих мест, там, где физическое око приобретало все большую остроту, все чаще и чаще шла речь о плотной физической материи. И когда древние святые Риши произносили слово "Меркурий" - они, собственно, не произносили этого слова, но мы просто берем его для того, чтобы нас лучше поняли - то разве они при этом имели в виду его физическое космическое тело? Нет, даже древние греки, говоря о Меркурии, подразумевали не его физическое тело, а всю совокупность духовных существ, связанных с этим телом. Духовные миры, духовные существа - вот о чем говорили в те времена в местах, где сохранялось знание, произнося слово "Меркурий". Те, кто были преемниками учителей, пребывавших в местах, где хранилось знание, произносили слова: Луна, Меркурий, Венера, Солнце, Марс, Юпитер, Сатурн; и, произнося эти слова на самых разных языках, обозначали этими словами иерархическую последовательность духовных существ. Тот, кто произносит такие слова на современный лад, и обозначает ими физическое тело, тот выражает наиболее поверхностный и грубый смысл того, что понималось раньше под словами Луна, Меркурий, Венера и так далее. Самое же существенное он вообще не обозначает ими. Тогда как древний учитель мудрости, говоря "Луна", одним этим словом создавал представление об огромном духовном мире. А когда он произносил слово "Луна" и указывал на то место на небе, где она находится, в его сознании постоянно присутствовала мысль: "Это - всего лишь нижняя ступень духовной иерархии". Но тот, кто в результате постоянно усиливавшегося чувственного восприятия все более отдалялся от этого духовного созерцания, устремляя глаза ввысь, видел лишь физическую Луну и называл это "Луной". Одно и то же слово для двух предметов, которые хотя и взаимосвязаны друг с другом, однако вызывают в человеке совершенно разные представления. То же самое имело место, когда мудрецы в мистериальных местах обращали взоры на Меркурий, Солнце, Марс и так далее. Духовное течение под этими словами подразумевало нечто совершенно иное, чем другое, материальное течение.

Итак, мы видим, что оба эти течения все более и более разделялись в человечестве. В мистериях под этими словами, которые использовались для обозначения наших внешних космических тел, всегда понимались духовные миры, иерархическая последовательность духовных миров. Внешний мир всегда подразумевал под этим нечто материальное; так продолжалось вплоть до нашей современной мифологии - это слово я использую совершенно сознательно - которую обычно называют современной астрономией; и так как духовная наука полностью признает ценность всех прочих мифологий, вы можете легко понять, что и современная мифология будет признана и оценена духовными науками. Это относится и к той мифологии, которую обычно называют современной астрономией, которая изучает в основном пространство и физические тела, находящиеся в нем. Но для посвященных эта современная мифология представляет собой не что иное, как особую фазу всех мифологий. Прямая линия соединяет все то, что говорилось в преданиях древних обитателей Европы о богах, звездах и мироздании, все то, что греки и римляне поведали в своих мифологиях, то, что сумели выразить средние века в своих в большей или меньшей степени туманных мифологиях, с той, заслуживающей справедливого восхищения и признания, мифологией, которая была создана Коперником, Кеплером и Галилеем. Придет время, когда и об этой современной мифологии будут говорить примерно следующее: некогда жили люди, которые считали совершенно правильным поместить материальное солнце в центре эллипса, заставить планеты вращаться по эллипсам вокруг него, придав такому вращению разнообразный характер; они создали некую систему мироздания и, как и в прежние времена, признавали ее истинной. Сегодня же, с полным правом скажет будущее, все это не более чем предания и сказки. Да, несомненно, настанет время, когда современный человек, презирающий все устаревшие мифологии и ценящий лишь свою собственную, будет, хотя это и кажется ему сейчас невозможным, столь же презрительно говорить и о мифологии Коперника. Однако именно это и покажет нам, как под одними и теми же словами можно понимать совершенно разные вещи.

Однако, несмотря на все это, древняя вселенская мудрость постоянно распространялась и культивировалась. Правда, эта древняя мудрость в экзотерическом плане понималась все менее и менее, так как подвергалась материальной интерпретации и истолкованию, и в ней видели все меньше духовного. И поэтому для того, чтобы человечество, так сказать, не утратило окончательно взаимосвязи с первоначальной духовной мудростью, при обновлении - в начале нашего летоисчисления - древней вселенской мудрости было достаточно четко вновь выражено, что там, куда направляется человеческий взгляд и, как физический глаз, воспринимает только физическое, что там духовный план пространства заполнен духовными существами. Об этом в очень четких выражениях поведал тот, кто был самым доверенным учеником апостола Павла - Дионисий Ареопагит. В Афинах он выступил с такой проповедью: в космическом пространстве существуют не одно только материальное. Когда человеческая душа восходит, познавая, в пространства вселенского бытия, она встречается там с тем духовным, которое выступает в мировом развитии. И при этом он употребил слова, которые вообще должны звучать совершенно иначе, ибо, если бы он воспользовался обычными старыми словами, никто не заметил бы в них ничего, кроме материального. Риши также говорили о духовных иерархиях, и поэтому они в своих словах выражали то же самое, что и греческая и римская мудрость, говоря о восходящем перед ними мире Луны, Меркурия, Марса, Венеры, Юпитера, Сатурна. Дионисий, будучи учеником апостола Павла, имел в виду те же самые миры, что и Риши; он лишь с особой ясностью отметил, что в данном случае мы имеем дело с духовными существами; и он воспользовался словами, которые, как он был уверен, будут восприниматься в духовном плане: он поведал об Ангелах, Архангелах, Началах, Властях, Силах, Господствах, Престолах, Херувимах и Серафимах. Но теперь люди вновь забыли, совершенно забыли то, что некогда знало человечество. Если бы люди сумели понять взаимосвязь между тем, что прозревал Дионисий Ареопагит, и тем, что созерцали древние святые Риши, то, если так можно выразиться, упоминая, с одной стороны, Луну, а с другой - мир Ангелов, люди поняли бы, что это - одно и то же. Слыша, с одной стороны, слово "Меркурий", а с другой - слово "Архангелы", люди понимали бы, что это - то же самое. Слыша слово "Архаи", с одной стороны, и слово "Венера" - с другой, люди понимали бы, что речь здесь идет об одном и том же. Слыша слово "Солнце", с одной стороны, и слово "Власти" - с другой, люди понимали бы: эти слова обозначают одни и те же миры. Слыша, с одной стороны, слово "Марс", люди чувствовали бы, что здесь мы восходим к Силам. При слове "Юпитер" всем становилось бы ясно, что здесь имеется в виду то же самое, что подразумевалось в школе Дионисия, когда речь шла о Господствах. Слову же "Сатурн" здесь соответствует слово "Престолы".

Однако в широких кругах этого уже не знали и не могли знать. Потому, с одной стороны, знание о материальном, становясь все более и более материальным, сохранило прежние наименования, имеющие некогда духовное значение, но стало использовать их применительно к материальному плану. С другой стороны, существовала духовная жизнь, которая возвещала о духовном плане, об Архангелах, Ангелах и так далее, утратив при этом взаимосвязь с физическими проявлениями этих духовных существ. Итак, мы видим, как древняя вселенская мудрость проникает в школу, которую Павел основал при посредстве Дионисия, и как речь идет о том, чтобы наполнить это вновь основанное сознание духом древнего спиритуализма. Это, однако, является задачей современного духовного знания, или антропософии, вновь восстановить связь между физическим и духовным, между миром, Землей и духовными иерархиями. Для тех, кто не знает, откуда, собственно, появляются представления о внешнем чувственном мире остается непонятной другая, спиритуальная сторона знания.

Это становится особенно заметным, когда мы обращаемся к писаниям, вышедшим непосредственно из древней вселенской мудрости, которые, хотя и содержат в себе лишь очень слабый отзвук этой мудрости, тем не менее, могут быть верно поняты и восприняты только исходя из этой древней мудрости. Давайте в качестве примера трудности понимания тех писаний, восходящих непосредственно к древней вселенской мудрости, рассмотрим одно место из Божественной песни - Бхагавадгиты, а именно то место, в котором особенно глубоко высвечена человеческая жизнь во взаимосвязи с иерархиями. Это место Бхагавадгиты из главы 8, начиная с 23 стиха, звучит так: "Я хочу разъяснить тебе, взыскующий истины (так обычно принято переводить этот фрагмент), через какие испытания проходят избранники богов, когда они покидают Землю вратами смерти, чтобы возродиться вновь или избежать нового рождения. Итак, я говорю тебе: взгляни на огонь, погляди на день, посмотри на время растущей Луны, обрати взор свой на ту половину года, когда солнце стоит высоко в небе. Те, кто умирает в это время, умирают в огне, днем, во время растущей Луны и высоко стоящего в небе солнца, приходят к Брахме через врата смерти. Те же, кто умирает под знаком дыма, ночью, во время убывающей луны, в ту половину года, когда солнце низко стоит над Землей, те покидают этот мир, проходя через врата смерти в лунный свет, и вновь возвращаются в этот мир".

Друзья мои! Перед вами - место из Бхагавадгиты, в котором вам прямо сказано: дальнейшее состояние человека, возможность его повторного рождения зависят от того, умер ли он под знаком света, днем, во время прибывающей Луны, в то полугодие, когда солнце высоко стоит в небе, или под знаком дыма, ночью, во время убывающей Луны или когда солнце низко висит над Землей. Таков, так сказать, материальный смысл этого места. О тех, кто проходит под знаком огня, днем, во время прибывающей Луны, когда Солнце стоит высоко, - о тех говорят, что им нет нужды возвращаться назад. О других же, тех, кто умирает под знаком дыма, ночью, во время убывающей луны или в полугодие, когда Солнце стоит совсем низко, о таких говорят, что они не могут подняться до высот Брахмы, а достигают лишь высот луны и поэтому должны возвратиться в этот мир. Таково это место в Божественной песни Востока, в котором все, буквально все, представляет громадную трудность для всех, кто хотел бы ее истолковать в рамках экзотерической жизни. Оно может быть истолковано лишь в том случае, если оно будет освещено светом духовного познания, тем светом, из которого оно, собственно, и было записано, тем светом, который струится из тайных школ, получивших широкое развитие и обновление благодаря возникновению Христианства, при условии, что все это будет озарено светом, позволяющим нам установить взаимосвязь между наименованиями: Луна - Ангелы, Меркурий - Архангелы, Венера - Архаи и так далее. И мы, безусловно, сможем подобрать ключ к таким местам, взятым в качестве примера, если рассмотрим их в свете древней спиритуальности. С объяснения и толкования этого места Божественной песни, с объяснения этого места Бхагавадгиты, которое в принципе невозможно в рамках экзотерической жизни, начнется наш сегодняшний вечерний доклад, и, подобрав ключ к пониманию этого места, мы сможем подняться к духовным иерархиям.

ВТОРОЙ ДОКЛАД. 12 апреля 1909 г., вечером

В первую культурную эпоху после атлантического времени существовало знание, обращающееся к духовным первоисточникам бытия, учение, возвещенное святыми Риши. И наиболее значительным в этом учении, в его исследовании, имевшем место в самом начале нашего послеатлантического времени, было то, что оно настолько глубоко проникало во все природные процессы, что благодаря этому могло познавать в этих природных процессах духовно-действенное начало. В принципе, нас всегда окружают явления и события духовного плана, а также духовные существа. Все, что происходит в материальном плане, представляет собой лишь отражение и выражение духовных явлений, и все предметы, предстающие нам в материальном плане, являют собой лишь внешний покров духовных существ. И когда упомянутое нами древнее священное учение говорило о явлениях окружающего нас мира, воспринимаемых нами, оно всегда особенным образом указывало на важнейшее, значительнейшее природное явление, окружающее человека на Земле. И таким важнейшим природным явлением эта духовная наука считала огонь и его природу. Во всех объяснениях всего происходящего на Земле в центре внимания всегда находилось духовное исследование огня. И если мы хотим понять это, если так можно сказать, восточное учение об огне, которое в древности столь широко затрагивало всякое знание и всякие проявления жизни, если мы хотим действительно понять это учение об огне, нам придется хотя бы немного ознакомится с другими природными явлениями и природными объектами в том виде, как они рассматривались в том древнем, но вплоть до сегодняшнего дня имеющем значение для духовной науки, учении.

В ту эпоху все, что окружало человека в физическом мире, сводилось к так называемым четырем стихиям. Эти четыре стихии сегодня уже, разумеется, не находят признания со стороны нашей современной материалистической науки. Вам всем, конечно, известно, что эти четыре стихии носят названия земли, воды, воздуха и огня. Под словом "Земля" в эпоху расцвета духовной науки понималось совсем не то, что в наше время принято обозначать словом "Земля". Понятие "Земля" обозначало некое состояние материального бытия, - состояние твердости. Все то, что мы сегодня именуем твердым, в духовной науке называлось земным. Итак, независимо от того, имеем ли мы в виду клочок твердой пахотной земли или осколок горного хрусталя, кусок свинца или кусок золота - все то, что было твердым, именовалось Землей. А все то, что было жидким и текучим, причем не только вода в нашем сегодняшнем понимании, обозначалось понятием "водянистый" или "вода". Если вы возьмете, например, железо, и раскалите его настолько, что оно вследствие нагрева расплавится и станет жидким, то такое жидкое железо являлось бы для духовной науки водой. Все металлы, находящиеся в жидком состоянии, обозначались понятием "вода". Все то, что мы сегодня называем воздухообразным, такое состояние, которое мы сегодня обозначаем как газообразное, все это, независимо от того, какое именно вещество рассматривается в данном случае, будь то кислород, водород или какие-либо другие газы, все это обозначалось общим понятием "воздух".

Четвертым элементом считался огонь. Современная наука, как прекрасно знают те, кто помнит основные законы физики, рассматривает огонь не как некое вещество или элемент, который можно было бы сравнить с землей, водой или воздухом, современная физика усматривает в огне лишь состояние движения. Духовная же наука видит в тепле или в огне не что иное, как некую субстанцию, еще более тонкую, чем воздух. Подобно тому, как земля или твердое вещество превращаются в жидкость, точно также и воздухообразное, с точки зрения духовной науки, постепенно переходит в состояние огня, а огонь является настолько тонким элементом, что проникает во все остальные элементы. Огонь проникает в воздух и нагревает его. То же самое он делает с землей и водой. В то время как три других элемента, так сказать, рассеяны во всем, мы видим, что стихия огня пронизывает и проникает во все.

И вот древнее, а вместе с ним и новое духовное знание гласят: Существует еще и другая, значительная разница между тем, что мы называем землей, водой, воздухом, и тем, что мы именуем огнем или теплом. - Как может быть воспринята земля, или твердое? Мы говорим, что это может быть воспринято, когда мы к нему прикасаемся. Мы воспринимаем твердое, когда мы прикасаемся к нему и испытываем сопротивление. Точно так же мы поступаем и с водой. В этом случае сопротивление оказывается не столь значительным, однако мы воспринимаем его как нечто внешнее относительно нас, как некое сопротивление. То же самое можно сказать и о стихии воздуха. Мы так же воспринимаем его как нечто внешнее. Иначе обстоит дело с теплом. Здесь необходимо отметить то, что современное мировоззрение не склонно считать сколько-нибудь значительным, но что, тем не менее, следует рассматривать в качестве весьма важного фактора, если мы действительно хотим взглянуть на истинные загадки бытия. Тепло мы можем воспринимать, не ощущая его как нечто внешнее. Наиболее существенным здесь является следующее: мы можем воспринимать теплоту, прикасаясь к телу, нагретому до определенной температуры; мы можем воспринимать тепло как нечто внешнее, подобно трем другим элементам, однако мы ощущаем тепло и внутри самих себя. Поэтому древняя наука уже у древних индийцев, утверждала: землю, воду и воздух ты можешь воспринимать исключительно во внешнем мире, тепло же является единственным элементом, который ты можешь воспринимать также в своих внутренних состояниях. Тепло, или огонь, имеет, так сказать, двоякую природу: внешнюю, проявляющуюся, когда мы воспринимаем ее как нечто внешнее по отношению к нам, и внутреннюю, которую мы ощущаем внутри себя, находясь в определенном состоянии тепла. Не правда ли, человек ощущает внутри себя особые состояния тепла, когда ему бывает жарко или холодно; но сознательно он не очень заботится о том, что в нем самом является воздушными, водяными или твердыми субстанциями, то есть что в нем относится к воздуху, земле и воде. Он начинает ощущать себя самого лишь в стихии тепла. Элемент тепла имеет как внешнюю, так и внутреннюю сторону. Поэтому древняя духовная наука вместе с новой духовной наукой говорят: тепло, или огонь представляет собой нечто, в чем материальное начинает становиться душевным. Более того, мы в полном смысле слова можем говорить о внешнем огне, который мы воспринимаем подобно прочим элементам, и о внутреннем, душевном огне, пребывающем в нас.

Таким образом, огонь, с точки зрения духовной науки, всегда образует как бы некий мост между внешним материальным и душевным планом, который человек может воспринимать лишь внутри себя. Огонь или тепло всегда ставились в центре всех исследований природы, ибо огонь представляет собой, так сказать, врата, через которые мы проникаем из внешнего плана во внутренний. Поистине, этот огонь подобен двери, перед которой можно стоять; на нее смотрят снаружи, открывают ее и могут увидеть изнутри. Таков огонь в ряду природных явлений. Притрагиваясь к какому-нибудь внешнему предмету, мы тем самым познаем огонь, который струится снаружи подобно трем другим элементам; воспринимая же внутреннее тепло, мы ощущаем его как нечто, принадлежащее нам самим: при этом мы стоим по ту сторону порога, вступая в сферу душевного. Так говорила наука об огне. Поэтому в огне видели нечто такое, в чем совместно проявляются материальное и душевное.

То, что мы должны теперь воспринять душой, представляет собой элементарное изложение начал человеческой мудрости. Древним учителям достаточно было сказать: - Обрати взор на какой-нибудь горящий предмет, пожираемый пламенем! В этом пылающем предмете ты видишь двоякое. Одно еще в древности было названо дымом, и так это именуют и в наши дни. Другое получило название света. Таким образом, когда пламя пожирает какой-нибудь предмет, мы видим оба составляющих этого природного явления: с одной стороны свет, с другой - дым. Итак, духовный исследователь наблюдал, что огонь находится посредине между светом и дымом. Учитель говорил об этом: - Из пламени одновременно рождаются - с одной стороны свет, а с другой дым. Итак, мы должны в отношении рождающегося из огня света рассмотреть простейший, но далеко идущий факт. Весьма вероятно, что большинство людей, если им задать вопрос: - "Ты видишь свет?", - ответят: - "Разумеется, я вижу свет". Однако этот вопрос будет в корне ошибочным и неверным, ибо в действительности не физический глаз видит свет. И поэтому абсолютно неверно говорить, что видишь свет. С помощью света видят различные предметы - твердые, жидкие, газообразные, но сам свет не видят. Представьте себе, что все космическое пространство пронизано светом, а источник света находится где-то там, где вы его не можете видеть, например, позади вас - будете ли вы при этом видеть свет? Разумеется, вы ничего не увидите. Вы сможете увидеть что-либо лишь в том случае, если в пространстве, залитом этим светом, будет находиться какой-нибудь предмет. Человек видит не сам свет, а все то твердое, жидкое и газообразное, на что падает свет. Таким образом, физический свет вообще невидим для физического глаза. Это именно то, что особенно ясно для духовного ока. Поэтому духовная наука говорит: хотя свет делает все видимым, он сам по себе невидим. Это важное выражение: свет невозможно воспринимать. Он недоступен для восприятия нашими внешними органами чувств. Можно воспринимать твердое, жидкое, газообразное, можно еще воспринимать в качестве последней стихии огонь или тепло во внешнем плане, но это, однако, можно начать и внутренне воспринимать. Но сам свет больше невозможно воспринимать внешним образом. Если вы полагаете, что, когда смотрят на солнце, видят свет, то это неверно: видят пламенеющее тело, некую пылающую субстанцию, которая излучает свет. Если вы проверите, то вы увидите, что имеете дело с газообразным, жидким или земляным. Вы видите не свет, а то, что горит.

Итак, мы вступаем, - как говорит духовная наука - когда переходим от земли к воде, от воздуха к огню и затем к свету, мы вступаем из внешне воспринимаемого, видимого в невидимое, в эфирно-духовное. Или, как еще говорят, огонь находится на границе между внешне воспринимаемым, материальным, и тем, что эфирно-духовно, что больше не воспринимаемо внешне. Что же происходит с телом, охваченным пламенем, то есть огнем? Что происходит, когда что-то горит? Когда что-то горит, мы, с одной стороны, видим возникновение света. Первая из недоступных для внешнего восприятия субстанций, та, что действует в духовном мире, что не только, так сказать, внешне материально, создает тепло, если является настолько сильной, что становится источником света. Она возвращает нечто обратно в невидимое, недоступное более для внешнего восприятия, но она должна заплатить за это появлением дыма. Из того, что раньше было прозрачным и освещенным, она должна образовать нечто непроницаемое, дымообразное. Итак, мы видим, что тепло, или огонь, подвергается дифференциации, разделяется. Огонь, с одной стороны, разделяется на свет и тем самым открывает путь к сверхчувственному миру. За то, что он направляет в качестве света в сверхчувственный мир, он должен послать нечто и в мир материальный, в мир непрозрачного, но видимого. В мире ничего не возникает односторонне. Все возникающее имеет две стороны: если с одной стороны возникает свет, то с другой стороны возникает помутнение, темная материя. Это древнее духовнонаучное учение.

Но только что описанный нами процесс представляет собой лишь внешнюю сторону, всего лишь физически-материальный процесс. Однако в основе этого физически-материального процесса лежит нечто принципиально иное. Если вы имеете дело лишь с теплом, пребывающем в чем-нибудь, что еще не светится, то, значит, вы воспринимаете, в определенном смысле, само тепло, внешне физическое, но за этим есть еще и духовное. Когда же это тепло становится настолько сильным, что возникает свечение и образуется дым, то при этом нечто из того духовного, что было заключено в тепле, должно перейти в дым. И то духовное, что было в тепле, что переходит в дым, в газообразное, то есть в нечто, что скрывается за теплом, - это находится теперь в дыме, в том, что волшебным образом возникает как потемнение. Духовные существа, связанные с теплом, должны, так сказать, позволить волшебным образом перенести себя в уплотняющуюся, дымовую субстанцию. Итак, все, что в качестве потемнения и материализации как бы выделяется из тепла, непременно связано с таким превращением духовных существ. Представим себе это еще более определенно. Допустим, мы преобразуем, как это уже стало возможным в наше время, воздух в жидкое состояние. Воздух представляет собой не что иное, как сгустившееся тепло; он сам возник из тепла в результате образование дыма. То духовное, которое хотело бы, в сущности, быть в огне, превращено в дым. Духовные существа, называемые также элементарными существами, превращаются в воздух, и они будут превращаться дальше, связанные с более, так сказать, низшей формой бытия, при переходе воздуха в воду. Поэтому духовная наука вообще во всем, что доступно внешнему восприятию, видит нечто такое, что произошло из первоначального состояния огня, или тепла, таким образом, что уплотнением тепла образовался сначала воздух, или дым и газ, газ - в жидкость, жидкость - в твердое, "Взгляните назад, - говорит духовный исследователь, - посмотрите на что-нибудь твердое: оно было некогда жидким, но в ходе дальнейшего развития превратилось в твердое; точно так же и жидкое было некогда газообразным, а газообразное образовалось в качестве дыма из огня". Однако с этим уплотнением, с этими переходами в газообразное и твердое состояние всегда связано превращение духовных существ.

Если мы теперь бросим взгляд на окружающий мир, посмотрим на твердые камни, струящиеся потоки воды, мы увидим, что вода сгущается, поднимается туман, увидим воздух, увидим все твердое, жидкое и газообразное и огонь: в сущности, во всем этом мы не имеем ничего, кроме огня. Все есть огонь, только уплотнившийся огонь. Золото, серебро, медь - все это уплотнившийся огонь. Все было некогда огнем, все рождено из огня, - но во всем этом покоится превращенное духовное!

Каким же образом духовно-божественные существа, окружающие нас, достигают того, что возникает, как это имеет место на нашей планете, твердое, жидкое и газообразное? Они посылают вниз своих элементарных духов, обитающих в огне, заключают их в воздух, в воду и в землю. Это - вестники, элементарные посланники духовных творческих существ. Прежде всего, эти элементарные духи пребывают в огне. В огне они, образно говоря, чувствуют себя достаточно хорошо, но затем они, так сказать обрекаются на жизнь в превращениях. Оглядевшись вокруг, мы вправе сказать: эти существа, которым мы обязаны всем тем, что существует вокруг нас, должны были снизойти из элемента огня, а теперь они зачарованы в вещах.

В силах ли мы, люди, сделать что-нибудь для этих элементарных духов? Это действительно великий вопрос, и его задавали себе еще святые Риши. Можем ли мы сделать хоть что-то, чтобы освободить то, что здесь зачаровано? Да, мы можем тут кое-что сделать! Ибо то, что мы, люди, совершаем здесь, в этом физическом мире, представляет собой не что иное, как внешнее выражение духовных процессов. И все, что мы совершаем, имеет в то же время значение и для духовного мира. Предположим, человек имеет перед собой осколок горного хрусталя или кусочек золота, или что-либо подобное. Человек рассматривает это. Что происходит, когда человек просто смотрит, рассматривает своим чувственным органом зрения какой-нибудь внешний предмет? Что происходит тогда? Происходит непрерывное взаимодействие между зачарованным элементарным духом и человеком. Человек и то, что зачаровано в материи, взаимосвязаны друг с другом. Представим себе, что человек всего лишь смотрит на некий предмет, и поэтому он воспринимает только то, что попадается ему на глаза; при этом в человека всегда проникает нечто из этих элементарных существ. Постоянно, с утра до вечера, в человека проникает нечто из этих элементарных существ. В процессе восприятия вас окружает множество элементарных существ, тех, что уже зачарованы, и тех, что будут зачарованы в будущем в результате процесса уплотнения, происходящего в мире, и это множество существ постоянно проникает в вас. Допустим, что человек, рассматривающий таким образом все эти предметы, не имеет никакой склонности, размышляя об этих предметах, допускать, чтобы в его душе жило духовное вещей. Он чувствует себя достаточно комфортно, но, совершая свой путь в мире, не перерабатывает его ни духовно, ни мыслями, ни чувствами, вообще ничем, и остается, так сказать, простым созерцателем того, что предстает ему в материальном плане в этом мире. И эти элементарные духи проникают в него и пребывают в нем, просто находятся в нем и в ходе мирового процесса развития не достигают ничего, кроме того, что из внешнего мира они перешли в человека. Но допустим, что человек был бы таким, который духовно перерабатывает впечатления внешнего мира, который своими мыслями и понятиями составляет себе представления о духовных основах мира, который, следовательно, не просто разглядывает кусок металла, но размышляет о его сущности, чувствует красоту вещей, который одухотворяет свои впечатления. Что же он делает? Своим собственным духовным действием он освобождает элементарное существо, которое притекает к нему из внешнего мира, он возвращает ему его прежнее бытие, он освобождает духовное существо от превращения. Так можем мы своей одухотворенностью либо заключить, не изменяя при этом, в свой внутренний мир существ, превращенных в воздух, воду и землю, либо же постоянным одухотворением самих себя освобождать, избавлять их, возвращать их к их первоначальному состоянию. На протяжении всей своей жизни на Земле человек принимает в свой внутренний мир элементарных духов из внешнего мира. В той мере, в какой человек просто смотрит на предметы, в той же мере он позволяет этим духам просто проникать в себя и не преображает их; в той же мере, в какой человек стремится преображать предметы внешнего мира посредством идей, понятий, чувства прекрасного и т. д., в этой же мере он освобождает этих духовных элементарных существ.

Но что же происходит теперь с этими элементарными существами, которые, так сказать, переходят из предметов в человека? Что же с ними происходит? Прежде всего, они пребывают в человеке. Даже будучи освобожденными, они вынуждены оставаться в человеке вплоть до его физической смерти. Когда человек проходит через врата смерти, тогда появляется различие между теми элементарными существами, которые просто попали в человека и которых он не вернул вновь в высшую область, и теми, которых человек, благодаря своему одухотворенному состоянию, вернул в их прежнюю стихию. Элементарные существа, не преображенные человеком, вначале ничего не приобретают тем, что переходят из предметов в человека. Другие же существа, подвергшиеся такому преображению, приобретают способность после смерти человека вновь возвращаться в их первоначальный мир. В своей жизни человек является как бы переходной точкой для этих элементарных существ. И лишь когда человек проходит через духовный мир и вновь рождается в своем следующем воплощении, при таком новом воплощении человека, в результате того, что он проходит через врата рождения, все те элементарные существа, которые не были ранее освобождены им, вновь переходят в физический мир. Те же, которых он освободил, уже не следуют за ним при этом новом нисхождении в мир, они возвращаются в свои первоначальные стихии.

Итак, мы видим, что человек, благодаря своему развитию, благодаря тому, в какой взаимосвязи он находится теперь с внешним природным миром, получает способность либо освободить элементарные существа, которые необходимо было зачаровать для возникновения нашего земного плана бытия, либо напротив, приковать их к земле еще крепче, чем это было прежде. Как же поступает человек, который, разглядывая какой-нибудь внешний предмет, очищает его, высвобождая элементарное существо, пребывающее в этом предмете? Он создает духовное противодействие тому, что происходило раньше. В то время как раньше, так сказать, из огня возникал дым, человек в духовном плане создает из дыма огонь и освобождает его после своей смерти. Подумайте о том, сколь бесконечно глубокими и бесконечно преисполненными духа были древние обряды жертвоприношений, если их рассматривать в свете древнейшего духовной науки! Представьте себе жреца перед жертвенником в те времена, когда религия была основана на истинном понимании духовных законов; представьте, как жрец возжигает огонь и дым начинает подниматься к небесам; и такое восхождение дыма действительно превращается в жертву лишь в результате произносимых при этом молитв. Что же происходит при этом? Что вообще происходит с такой жертвой? Жрец стоит у алтаря, на котором появляется дым. Там, где тепло выделяется из твердой субстанции, дух зачаровывается, и одновременно с этим, благодаря тому, что человек сопровождает весь этот процесс произнесением молитв, этот дух входит в человека таким, что после его смерти вновь восходит в высший мир. Что же говорил при этом посвященный, причастный к древней мудрости, тем, кому еще только предстояло понять ее? Он говорил следующее: если ты взираешь на мир духовный таким образом, что твое духовное действие не замыкается на одном лишь дыме, восходит к духовной стихии огня, то тем самым ты после своей смерти освобождаешь дух, зачарованный в дыме. И человек, который постигал дух, превращенный в дым, говорил так: Если ты оставил дух таким же, каким он пребывал в дыме, то он возродится вместе с тобой в твоем новом воплощении, ибо не сможет после твоей смерти возвратиться в мир духовный. Если же ты освободил его, ты тем самым позволил ему вернуться в стихию огня, и тогда он после твоей смерти сможет подняться в духовные миры, и поэтому он не будет вынужден возвратиться обратно на Землю вместе с твоим новым рождением.

Итак, вы поняли теперь нечто в одном из наиболее глубоких изречений "Бхагаватгиты", которое было приведено в предыдущем докладе. В данном случае речь не идет о человеческом "я"; речь идет о тех природных существах, элементарных существах, которые вселяются в человека из внешнего мира. О них говорится так: "Посмотри на огонь, взгляни на дым! То, что человек в результате процессов своего духовного развития превращает в огонь, - все это те духи, которые он освобождает после своей смерти. Все то, что он оставляет таким, каким оно было в дыму, должно остаться с ним и в нем и после его смерти, и непременно возродиться вновь при следующем воплощении человека". Судьбу, ожидающую элементарных духов, можно выразить таким образом: человек, посредством развивающейся в нем мудрости, освобождает после своей смерти элементарных духов; посредством же неразумия, внешней материальной привязанности к чувственному, материальному человек приковывает к себе элементарных духов и вынуждает их вновь и вновь приходить вместе с ним в этот мир и снова рождаться вместе с ним.

Но такие элементарные существа связаны не только с огнем и всем тем, что с ним взаимосвязано. Такие элементарные существа являются посланниками высших божественно-духовных существ во всем том, что проявляется во внешнем, чувственном плане. В качестве примера следует отметить, что в мире никогда не смогло бы проявиться взаимодействие тех сил, которые создают день и ночь, если бы целые сонмы таких элементарных существ не прилагали совместных усилий к тому, чтобы заставить планеты вращаться соответствующим образом, чтобы сделать возможной смену дня и ночи. Все происходящее является результатом воздействия бесчисленных сонмов духовных существ низшего и высшего порядка, входящих в духовные иерархии. Мы имеем дело с низшими подчиненными существами, с посланниками. Когда ночь сменяет день и день уступает место ночи, во всем этом проявляется влияние этих элементарных существ. Дело в том, что человек находится во внутренней взаимосвязи с существами мира элементарных духов, совместные усилия которых обуславливают смену дня и ночи. Если человек нерадив и ленив, если безразличен ко всему, то он влияет на эти элементарные существа, обуславливающие смену дня и ночи, совершенно иначе, чем когда он творчески активен, работоспособен, прилежен и занят созидательной деятельностью. Когда человек нерадив, он тем самым вступает в контакт с совершенно конкретными элементарными существами. Точно так же он, будучи прилежен, вступает в контакт с ними же, но это происходит совершенно иным образом. Те из только что упомянутых элементарных существ второго класса, которые развивают свое бытие в течение дня и которые, так сказать, проявляются в дне, находят свое выражение в более высоком элементе. Однако подобно тому, как элементарные существа первого класса, то есть класса огня, пребывают в воздухе, воде и земле, точно также и определенные элементарные существа связаны с тьмой, и день никогда не смог бы отделиться от ночи, если бы эти элементарные существа, так сказать, не переходили в ночь. Самой своей возможностью наслаждения днем человек обязан тому, что божественно-духовные существа отгоняют элементарные существа и заключают их в ночь. Если человек подвержен лени, эти элементарные существа постоянно проникают в него, но он оставляет их при этом без всяких изменений, такими, каковы они есть. Когда человек ленив, он оставляет все те элементарные существа, которые заключены в ночи и, так сказать, скованы в сумерках, без каких-либо изменений. Когда же человек прилежен и работящ, он как бы возвращает все эти элементарные существа духовным путем в день. Так он постоянно высвобождает эти элементарные существа второго класса. На протяжении всей жизни мы как бы носим в себе все те элементарные существа, которые вселяются в нас, когда мы подвержены лени, и проникают в нас, когда мы активны и прилежны. И своим прохождением сквозь врата смерти мы как бы возвращаем в духовный мир те существа, которые нам удалось вернуть дню; те же существа, которые остаются заключенными в ночь вследствие нашей лености, остаются по-прежнему прикованными к нам, и мы вновь приносим их с собой в мир при нашем новом воплощении. И то, что мы из-за простого обмана чувств позволяем проникнуть в нас этим внешним элементарным существам, то, что вследствие лени и нерадивости мы впускаем в себя различные ночные существа, - все это вновь возрождается при нашем следующем перевоплощении. Это и есть второй аспект "Бхагавадгиты". Ибо здесь вновь речь идет не о человеческом "я", а о той группе элементарных существ, которые можно охарактеризовать следующими словами: "Обрати взор свой к ночи и дню. Все то, что ты высвобождаешь сам, что ты, благодаря своему прилежанию, превращаешь из ночных существ в дневные, все то, что выходит за пределы дня, после твоей смерти достигает высшего мира. А все то, что ты в качестве ночных существ уносишь вместе с собой, ты тем самым обрекаешь на новые рождения и новый приход в мир вместе с тобой".

Итак, теперь вы уже можете представить себе, что может последовать за этим далее. И как это происходит в тех явлениях, о которых мы говорили только что, так происходит и при более всеобъемлющих явлениях природного плана; как, например, при таких, как 28-дневный лунный цикл, заключающий в себе поочередную смену пребывающей и убывающей Луны. Необходимы совместные усилия огромного множества элементарных существ, чтобы приводить Луну в движение таким образом, чтобы смог сложиться известный нам 28-дневный лунный цикл, и чтобы все то, что связано со сменой лунных фаз, могло реально происходить на нашей видимой Земле. Но для этой цели высшие существа должны превратить, заклясть и сковать все эти известные существа. Взор, обладающий даром ясновидения, всегда позволяет видеть, как во время фазы прибывающей луны духовные существа неизменно восходят из низшей сферы в высшую. Однако для сохранения порядка другие духовные существа должны быть непременно зачарованы в низшей подчиненной сфере. Также и эти элементарные существа третьего порядка вступают во взаимодействие с человеком. Когда человек пребывает в веселом расположении духа, когда он доволен миром, и когда он постигает мир до такой степени, что своей радующейся душой объемлет все вещи и явления, то он при этом постоянно освобождает все те духовные существа, которые скованы убывающей Луной. В него проникают и постоянно освобождаются благодаря его душевной умиротворенности, внутреннему покою, гармоническому мировосприятию и мироощущению различные духовные существа. Те существа, которые проникают в человека, когда он находится в подавленном, унылом и раздражительном расположении духа, когда испытывает острое недовольство буквально всем и от всего приходит в раздражение, - все те существа пребывают в зачарованном состоянии, в котором они находятся во время убывающей фазы Луны. О, существуют люди, которые, достигнув гармоничного мировосприятия, обретают радостное расположение духа и оказывают неустанное освобождающее влияние на громадные сонмы элементарных существ, возникающих именно так, как было сказано выше. Человек благодаря гармоничному мировосприятию, глубокой внутренней удовлетворенности миром, становится подлинным освободителем духовных элементарных существ. В то же время вследствие своей раздражительности, подавленности и недовольства человек превращается в своего рода тюремщика этих элементарных существ, которые могли бы обрести свободу, если бы он обладал радостным мироощущением. Итак, вы можете убедиться в том, что чувство умиротворенности и удовлетворенности миром имеет значение не только для самого человека, и в то же время что радостное или мрачное расположение человеческого духа являются теми факторами, которые из самой глубины человеческого существа приносят освобождение или плен. Все то, что совершает человек одним своим расположением духа или настроением, восходит во всех направлениях в духовные сферы. Так мы затрагиваем третий важнейший аспект учения "Бхагавадгиты": Посмотри, как человек, действуя одним лишь расположением духа, освобождает духов подобно тому, как освобождает их прибывающая луна; и эти освобожденные духи в момент прохождения человека через врата смерти возвращаются в высший мир. Когда же человек вследствие недовольства и ипохондрии как бы призывает в свой внутренний мир духов, окружающих его, и оставляет их такими же, какими они и должны быть, чтобы сохранить порядок смены лунных фаз, эти духи остаются как бы прикованными к нему, и им приходится вновь рождаться, когда этот человек вновь воплощается в новом бытии. Такова третья ступень элементарных духов, которые со смертью человека либо освобождаются и возвращаются на свою родину, либо вынуждены вновь рождаться и вновь вступать в этот мир вместе с человеком.

И, наконец, мы имеем четвертый вид элементарных духов. Это - те духи, которые связаны с солнечным циклом года, чтобы солнце летом могло пробуждать и оплодотворять Землю, изливая на нее свои лучи, чтобы то, чему положено созревать с весны до осени, могло созревать и наливаться. Для этого зимой должны быть скованы определенные духи; они должны быть зачарованы на весь период зимнего солнца. И здесь человек, как об этом уже говорилось ранее, действует таким же образом по отношению к другим ступеням духовных существ элементарной сферы. Представим себе человека, который, встречая зиму, говорит себе: "Ночи становятся все длиннее, дни - все короче; мы приближаемся к той области солнечного годового цикла, когда солнце, так сказать, отнимает у Земли свою оплодотворяющую силу. Внешняя Земля при этом умирает, но я чувствую себя более обязанным жить духовно вместе с Землей. Я должен, если можно так выразиться, все более и более воспринимать в себя дух. - Представьте себе человека, который накануне праздника Рождества испытывает радостное, приподнятое настроение и понимает истинное значение Рождества, заключающееся в том, что внешний чувственный мир по большей части умирает и жизнь реализуется преимущественно в духовном; представьте себе, что такой человек переживает зимнее время вплоть до Пасхи, понимая, что вместе с воскрешением внешнего мира наступает умирание духовного, и переживает праздник Пасхи с полным пониманием. Такой человек обладает пониманием не только внешней религии; он обладает религиозным пониманием природных процессов, духа, проявляющегося в природе, и благодаря своему особому благочестию и духовности освобождает тот самый четвертый тип элементарных существ, которые постоянно втекают в человека и вытекают из него, и которые взаимосвязаны с обращением Солнца. В то же время человек, не являющийся благочестивым в этом смысле, уклоняющийся от духа и не воспринимающий его, полностью погрязший в материалистическом хаосе, человек, в которого втекают элементарные духи этого четвертого типа и пребывают в нем, оставляет их такими, каковы они есть. И после его смерти все складывается так, что эти элементарные духи четвертой ступени либо освобождаются и возвращаются в свои стихии, либо остаются связанными с человеком, и поэтому они вынуждены вновь появляться вместе с ним при его новом воплощении. Поэтому человек, если он связан с духами зимы и либо не имеет возможности обратить их в духов лета, либо не обладает достаточной духовностью для того, чтобы освободить их, обрекает их на новые и новые рождения, ибо в противном случае они смогли бы возродиться и не были бы вынуждены возвращаться в мир вместе с ним.

Погляди на огонь и на дым! Если ты настолько тесно связан с внешним миром, что твой духовно-душевный процесс представляет собой нечто, подобное возникновению огня и дыма в такой степени, что ты сам одухотворяешь все предметы в рамках твоего собственного процесса познания и восприятия, то тем самым ты активно содействуешь восхождению известных духовных элементарных существ. И если ты связан с дымом, то этим ты обрекаешь их на новые рождения. Если же ты соединяешься с днем, то тем самым ты освобождаешь соответствующих духов дня. Взгляни на свет, погляди на день, обрати взор к прибывающей Луне, к солнечной половине года! Если твоя деятельность, твои поступки возвращают этих элементарных существ к свету, ко дню, к пребывающей Луне, к летнему полугодию, то таким путем ты освобождаешь эти элементарные существа, столь необходимые для тебя, ибо после твоей смерти они достигнут восхождения в духовный мир. Если же ты связан с дымом и безразлично взираешь на твердое, то тем самым вследствие своей лени ты соединяешься с ночью, вследствие мрачного расположения духа соединяешься с духами убывающей Луны, соединяешься с духами, скованными в зимнее время вследствие безбожия и бездуховности, то всем этим ты обрекаешь такие элементарные существа на последующие рождения вместе с тобой.

Итак, теперь мы знаем, о чем, собственно, идет речь в этом месте "Бхагавадгиты". Тот, кто полагает, будто в данном случае говорится о людях, обнаруживает непонимание "Бхагавадгиты"; в то же время тот, кто знает, что вся человеческая жизнь представляет собой непрерывный взаимообмен между ним и духами, пребывающими в зачарованном состоянии вокруг нас, которые должны быть непременно освобождены от чар, тот может созерцать в этом восхождение или перевоплощение четырех групп элементарных существ. Тайна этого низшего разряда духовной иерархии заключена для нас в этом месте "Бхагавадгиты". Да, поистине, если исходить из древней вселенской мудрости, то окажется, что все то, о чем говорят нам великие религиозные памятники древности, является истинно великими откровениями, и что совершенно неправы те, кто понимает эти памятники лишь поверхностно или не способны проникнуть в их глубину. Мы ставим себя в верное отношение к этим памятникам, когда говорим: "Еще не существует настолько высокой мудрости, чтобы она могла выявить и раскрыть все то, что заключено в них". И тогда эти памятники впервые пронизывает волшебное веяние благочестивого чувства, и тогда они впервые становятся в полном смысле слова тем, чем они и должны быть: облагораживающим и очищающим средством для дальнейшего развития человечества. Они все еще вводят нас в необъятные бездны человеческой мудрости. И все то, что будет вливаться в человечество из источников тайных школ и мистерий, представляет собой лишь отблеск - ибо это все еще лишь отблеск - древней вселенской мудрости во всем ее величии и истинном свете.

На таком относительно трудном примере мы были вынуждены показать, как в эпоху древней вселенской мудрости достигалось познание сложного взаимодействия всех тех духов, которые всегда окружают нас, непрерывно втекая в человека и уходя из него; как в ту эпоху возникало знание о том, что любые деяния и поступки человека представляют собой взаимообмен и взаимодействие между духовным миром и его собственным внутренним миром. И мы сможем осознать всю важность загадки человеческого бытия лишь тогда, когда ясно поймем, что посредством всего того, что мы совершаем, даже посредством своего расположения духа, мы оказываем воздействие на весь космос в целом, и что наш маленький мир имеет поистине беспредельное значение для всего сущего в макрокосме. Именно повышенное чувство ответственности является наиболее прекрасным и значительным из всего того, что мы можем получить из духовной науки. Ибо оно учит нас воспринимать жизнь в ее подлинном смысле и понимать всю важность того, что эта жизнь, посредством которой мы приобщаемся к общему потоку развития жизни, непременно станет чем-то исполненным особого значения.

ТРЕТИЙ ДОКЛАД. 13 апреля 1909 г., утром

Вчера в конце доклада, посвященного, так сказать, низшей области духовных иерархий, у многих слушателей могли появиться различные мысли и многочисленные вопросы. И это естественно, ибо с точки зрения того мышления и тех представлений, которыми человек может сегодня обладать, многое из того, о чем говорилось вчера, может поначалу показаться спорным и неясным. Однако в ходе докладов будет пролит свет на многое. Уже сегодня будет сказано достаточно многое, чтобы вы, так сказать, получили некоторую директиву для такого образа мыслей, который необходим при подходе к таким вопросам. Сегодня человек может, например, задать такой вопрос: "В самом деле, если ты действительно высвобождаешь существо, зачарованное в камне, тем, что упорно думаешь и размышляешь об этом камне, то что же тогда остается в этом камне после того, как ты, так сказать, освободишь из него это зачарованное существо? Останется ли это существо в камне, и что, собственно, происходит в этом камне? И еще: что происходит, когда к камню после тебя подходит другой человек и повторяет весь это процесс?" Такие вопросы и в самом деле могут возникнуть у очень многих. Как я уже говорил, на многие из таких вопросов будут даны ответы в последующих докладах, однако необходимо еще раз сказать о том, что тем, что Земля предоставляет человеку для мышления, эти вопросы вообще не могут быть постигнуты. Ибо на Земле на все наброшены покровы, все, так сказать, облечено в Майю, и предметы в мыслях представляются совершенно иными, чем они являются в действительности. Факты не виноваты в том, что вопросы остаются без ответа. Вопросы поставлены неверно, но со временем мы непременно обретем критерий для правильной постановки вопросов. Все предметы воспринимались бы в значительной степени иначе, если бы мы были способны взглянуть на них в том состоянии, когда покров иллюзии наброшен еще не на весь предмет. На Земле все тесно переплетено друг с другом, и это постоянно вводит в заблуждение человеческое мышление. Вернувшись назад, в древние времена, мы сможем получить более верное представление о предметах.

Точно так же, как человек проходит одно воплощение за другим, одну метаморфозу за другой, так и все существа мира, от мала до велика, проходят через ряд воплощений и перевоплощений, и также такое планетарное существо, как сама наша Земля, проходит через различные перевоплощения. Наша Земля не сразу возникла как Земля, ей предшествовало другое состояние. В наших кругах уже особенно много говорилось о том, что, подобно тому, как человек в этом бытии представляет собой перевоплощение предшествующей жизни, так и Земля является перевоплощением некой древней планеты, предшествовавшей ей. Такую планету, существовавшую прежде Земли, мы называем Луной, но имеем в виду при этом не нашу современную Луну, представляющую собой лишь частицу, остаток древней Луны, а некое прежнее состояние нашей Земли, которое некогда было именно таким, а затем прошло через определенную духовную жизнь, называемую обычно пралайей, подобно тому, как человек после смерти проходит через определенное духовное состояние. Эта планета Луна родилась вновь, подобно тому, как перевоплощается и вновь рождается человек. Однако то, что мы обозначили как некое планетарное состояние Луны, представляет собой только перевоплощение некоего предшествующего планетарного состояния, которое мы назовем Солнцем. Это не является Солнцем в нашем сегодняшнем понимании; это совершенно иное существо. Это Солнце представляет собой перевоплощение последней планеты, еще доступной для нашего взора, когда мы говорим о перевоплощениях нашей Земли - древней планеты Сатурна. Таким образом, перед нами четыре последовательно сменяющих друг друга перевоплощения: Сатурн, Солнце, Луна, Земля.

Мы часто упоминали о том, что каждое планетарное состояние имеет определенную задачу. Какова же задача нашей Земли? Ее задача заключается в том, чтобы сделать возможным для того существа, которого мы сегодня называем человеком, человеческое бытие. Все воздействия Земли направлены на то, чтобы человек благодаря им стал существом, обладающим "Я". Это не входило в задачу более ранних планетарных состояний, прошедших человеком. Итак, человек, так сказать, впервые стал человеком в современном смысле лишь на Земле. Аналогичную задачу имели и более ранние планетарные состояния, через которые прошла Земля. На этих других планетах людьми становились другие существа, те, которые сегодня стоят на более высокой ступени развития, чем человек. Быть может, вы вспомните здесь мою книгу "Христианство как мистический факт", в которой говорится о том, что некий египетский мудрец однажды сообщил древнегреческому мудрецу Солону нечто весьма знаменательное об одной из истин, содержащихся в мистериях, он высказал важную истину, что боги когда-то были людьми. Эта истина принадлежит к тем истинам, которые в древности непременно должен был воспринять ученик, участвовавший в мистериях. Она заключается в том, что боги, стоящие сегодня на вершинах духовного развития, не всегда были богами, а некогда прошли через человеческую ступень развития. Разумеется, из этого непосредственно вытекает опасная истина, которую ученики, принимавшие участие в мистериях, должны были также вывести как следствие, а именно то, что люди однажды станут богами. И именно из-за этого вывода эту истину рассматривали как нечто опасное, ибо необходимо одновременно с ней сказать и следующее: человек сможет стать богом только тогда, когда он созреет для этого, и если он однажды вообразит, что обрел в себе бога до того, как созреет для этого, он станет не богом, а глупцом. Поэтому перед человеком открыты два пути: либо терпеливо ждать своего, как это называет Дионисий, обожествления, превращения в Бога, либо заранее вообразить, что он уже стал богом. Один из этих путей действительно ведет к божественности, другой - к глупости и безумию.

В высказываниях древних очень часто видят нечто недоступное для понимания, так как современное человечество утратило способность различать божественно-духовных существ, стоящих на разных ступенях иерархии. Египетский мудрец, говоря о богах, имел в виду не просто одну ступень богов или Бога, но всю последовательность ступеней божественно-духовных существ. Между тем Дионисий Ареопагит, а также восточные мудрецы всегда ясно различали эти ступени божественно-духовных существ. Говорим ли мы об Ангелах или Дхьян-Хоанах, мы имеем в виду одних и тех же существ, ибо те, кто действительно познал единство вселенской мудрости, знают, что это лишь разные названия одного и того же явления. Однако и в этой сфере необходимо проводить четкие разграничения. Те существа, которые вначале невидимы и стоят непосредственно над человеком, то есть находятся на более высокой, чем человек, ступени развития, в христианской эзотерике именуются Ангелами, вестниками, посланниками, то есть посланниками божественно-духовного мира. Те существа, которые стоят на следующей ступени, то есть двумя ступенями выше, чем человек, именуются Архангелами, а также Духами Огня. Те существа, которые, - если только они проходят свое нормальное развитие, - стоят на более высокой, чем Архангелы, ступени развития, представляют собой существ, которых принято называть Духами Личности или Началами, Пра-Силами, Архаями. Таким образом, мы имеем сначала три ступени существ, находящихся выше человека. Все эти три рода существ уже прошли через ступень человечества, все они прежде уже были людьми. Те существа, которые сегодня являются Ангелами, прошли через человеческую ступень развития не очень давно, если смотреть сточки зрения вселенской шкалы времени; они были людьми на Луне, и подобно тому, как вы, благодаря условиям, сложившимся на Земле, имеете возможность перемещаться по Земле и быть людьми, так Ангелы в бытность свою на человеческой ступени развития населяли Луну. Архангелы же прошли свою ступень развития в качестве человечества на Солнце, а Духи Личности, или Начала проделали то же самое на древнем Сатурне. Таким образом, эти существа постепенно восходили от человеческого уровня, и являются сегодня высшими существами и находятся на более высокой ступени иерархии, чем человек; и мы можем просто сказать, перечисляя ступени мирового царства в духовном смысле: "На Земле мы можем созерцать царство минералов, царство растений, царство животных, человеческое царство, а затем переходить к невидимому, к царству Ангелов, Духов Огня или Архангелов, Начал или Духов Личности, или Архаев. В то время как эти существа продвигались вперед на пути своего внутреннего становления и сущности, так сказать, от людей к богам или посланникам богов, - что в принципе представляет собой верное наименование для этих сущностей, - в то время как эти существа восходили в духовное бытие, изменялось состояние тех планет, на которых и ради которых они жили. И если мы обратим взор на древний Сатурн, на котором Архаи были людьми, то мы обнаружим, что он выглядел совершенно иначе, чем наша Земля.

Вчера мы говорили о том, что мы на нашей Земле различаем четыре элемента: Землю, Воду, Воздух и Огонь, или Тепло. Из первых трех элементов на древнем Сатурне вообще не было ни одного. Таким образом, из всех четырех элементов на древнем Сатурне существовал лишь Огонь, или Тепло. Современные философы-материалисты могут сказать: "Но ведь тепло может исходить на нас только от внешних предметов; могут быть теплые твердые предметы, теплая вода, но само по себе тепло существовать не может". Так полагает современный философ-материалист, однако, это так. Если бы мы могли воспринимать Сатурн посредством наших современных органов чувств, то, как вы полагаете - каким он предстал бы перед нами? Допустим, - хотя бы в качестве гипотезы, - что вы летите в космическом пространстве в эпоху древнего Сатурна. Там, где находился древний Сатурн, вы бы ничего не увидели, но одно обнаружили бы со всей определенностью: тепло! И если бы вы пролетали через пространство, где находился древний Сатурн, у вас возникло бы ощущение, что вы летите в горячей печи. Вам не удалось бы почувствовать ни малейшего движения воздуха, никакого его течения, ибо ни воздуха, ни воды тогда еще не существовало; вы не могли бы ступить на Сатурн, ибо земли тогда еще тоже не было. Ваша рука не смогла бы прикоснуться ни к чему, весь шар был только теплотой. Итак, древний Сатурн состоял сначала всего лишь из одного элемента - тепла, или огня. Началом бытия нашей Земли в ее первой метаморфозе явилась планета, состоявшая из тепла, и таким образом вы можете по достоинству оценить всю справедливость, например, изречения Гераклита: "Все произошло из огня". Да, разумеется! Ибо наша Земля есть лишь преображенный древний Сатурн, и поэтому все на Земле произошло из этого огня. Такова истина, которую Гераклит познал в древних мистериях. Именно на это нам указывают предания, гласящие, что свою книгу, в которой была записана эта мудрость, Гераклит посвятил эфесской Богине и возложил на ее алтарь. Это свидетельствует о том, что он сам сознавал, что обязан этой мудростью мистериям, а точнее - эфесским мистериям, в которых еще во всей чистоте возвещалось это учение о первичном огне Сатурна. Отсюда вы можете сделать заключение о том, что те существа, которых мы называем Началами, Архаями, Духами Личности, прошли свою фазу развития в качестве человечества в совершенно иных условиях, чем современный человек. Сегодня человек имеет возможность воспринимать твердые, газообразные и жидкие субстанции посредством своего скелета и системы кровообращения. Человеку Сатурна, Духу Личности, приходилось создавать всю свою телесную оболочку непосредственно из тепла, из огня. И он так и поступал, этот Дух Личности, на древнем Сатурне он обладал лишь огненным телом. Его тело состояло только из тепла.

Вчера я уже говорил вам, что тепло, так сказать, имеет двоякую природу, как бы две стороны. Одна из них представляет собой именно то тепло, которое воспринимается собственно во внутреннем плане как внутреннее тепло; когда нам тепло или холодно, мы определяем это непосредственно, не прикасаясь ни к каким твердым субстанциям. Однако мы можем ощущать тепло и извне, притрагиваясь к нагретым телам. Характерной особенностью развития Сатурна было то, что тепло, так сказать, преобразуется от начальной стадии бытия Сатурна, когда оно, это тепло, существовало исключительно во внутреннем плане, до конечного этапа развития Сатурна, когда тепло перешло во внешний план и стало доступным для восприятия. Если бы вы совершили это путешествие во вселенной во времена начальной стадии развития Сатурна, то при прохождении через область Сатурна вы не ощутили бы своей кожей ни малейшего движения тепла, но во внутреннем плане вы отметили бы: здесь так приятно тепло. Все то, что вы сейчас вкладываете в понятие душевное тепло, вы испытали бы, совершив подобное путешествие к Сатурну во времена самой ранней стадии его развития. Вы можете составить представление о том переживании, которое вы испытали бы в те времена, если примете во внимание следующее. Как вам известно, существует определенная разница между созерцанием поверхностей красного или синего цветов. Когда вы представляете себе красный цвет, вы как бы говорите себе: это создает ощущение тепла. Когда вы представляете себе синий цвет, вы говорите себе, что это вызывает ощущение холода. Представьте себе те чувства, которые возникают в человеческой душе под впечатлением созерцания красного цвета, и хотя вы в те времена не могли бы его испытать, вы, тем не менее, ощутили бы нечто приятное, подобное тому, что вы испытываете в наше время при виде красного. В конце эпохи Сатурна вы испытали бы не только это приятное внутреннее состояние, но и нечто такое, что вы назвали бы теплом, если бы оно проникло в вас. При этом внутреннее тепло постепенно преобразовалось во внешнее восприятие тепла. Таков путь, проделанный Сатурном: от собственного внутреннего душевного тепла к теплу, воспринимаемому извне, к тому, что мы называем внешним теплом, или огнем. Можно сказать следующее: "Подобно тому, как ребенок становится взрослым человеком, вырастая и проходя через различные этапы, так взрослели и росли Духи Личности на древнем Сатурне. Вначале они ощущали это внутреннее тепло в себе, испытывая, так сказать, чувство приятного внутреннего тепла. Впоследствии же ощущение тепла перешло во внешний план, стало, говоря нашим языком, внешним, осуществленным, воплотившимся. Что же возникло тогда? Если вы хотите возникшее тогда вызвать перед своей душой, вам придется представить себе следующее: в самом начале мы имеем внутренний нагрев шарообразного тела Сатурна, благодаря этому Духи Личности впервые получили возможность воплотиться. В момент их воплощения образовалось то, что обычно называют внешним теплом. Если бы вы могли совершить путешествие к Сатурну в более позднюю эпоху его развития, когда он перешел в иное состояние, вы могли бы легко заметить различие между внешне теплыми и холодными зонами на нем. Если бы вы захотели изобразить графически то, что обнаружили в качестве замкнутых тепловых тел, у вас получился бы следующий рисунок. Некие тепловые "яйца", располагаясь по окружности, образуют как бы поверхность Сатурна.

Внешне это выглядело бы чем-то наподобие ягоды малины или ежевики. Что же представляли собой эти ячейки? Они представляли собой тела Духов Личностей, и эти Духи Личности, посредством своего внутреннего тепла, образовывали внешнее тепло этих ячеек Сатурна. О таком состоянии можно было бы с полным правом сказать: и Духи высиживали тепло, и они действительно высидели первые огненные тела. Первые огненные тела были, так сказать, высижены из мирового пространства. Если можно так выразиться, в космическом пространстве произошла коагуляция (свертывание) внешних тепловых яиц из внутренних. Итак, на древнем Сатурне в этих огненных телах воплотились Духи Личности, Архаи, именуемые также Азурами. Ибо Сатурн состоял лишь из одного элемента - огня.

Между тем на этом этапе развития древнего Сатурна у Духов Личности была возможность преобразовывать внешнее тепло во внутреннее. Этот процесс еще не приобрел, собственно, жестких форм, не устоялся, но сохранял внутреннюю подвижность. В сущности, эти Духи Личности постоянно создавали такие тепловые "яйца" и позволяли им вновь исчезать. Теперь вы можете представить себе этот процесс с еще большей определенностью. Представьте себе, что вы в течение некоторого времени проделывали путешествие к Сатурну и обратно. Тогда вы смогли бы заметить, что на Сатурне бывают такие периоды времени, в течение которых тепло вообще не может быть воспринято во внешнем плане, а ощущается лишь приятный внутренний огонь. Затем наступают периоды, когда вновь образуются эти тепловые "яйца". Вы при этом ощутили бы нечто подобное дыханию всего древнего Сатурна, и это дыхание было бы огненным. Вы могли бы сказать об этом так: мне кажется, на древнем Сатурне наступают периоды, когда все внешнее тепло как бы исчезает, растворяется во внутреннем, и все уподобляется лишь приятному внутреннему ощущению, так что вы могли бы сказать себе: сейчас Сатурн вдыхает тепло. Однако если бы вы попали на Сатурн в следующий раз и обнаружили бы множество тепловых "яиц", вы могли бы сказать так: сейчас Сатурн выдыхает свое внутреннее тепло, оно стало внешним огнем.

Как вы видите, именно это представление и стремились вызвать древние святые Риши у своих учеников. Они, так сказать, духовно переносили их в эпоху древнего Сатурна и давали им реально ощутить, как вся планета, словно единый организм, производит нечто, весьма напоминающее наши современные вдохи и выдохи. Риши вызывали у своих учеников такое представление: огонь вытекает и превращается в неисчислимые тепловые тела, огонь всасывается и становится внутренним "Я" Духов Личности. Для этого Риши сравнивали эту планетарную жизнь с процессом дыхания - с вдохами и выдохами, однако на древнем Сатурне сначала существовало лишь огненное дыхание. Воздуха тогда еще не было. Предположим, что произошло бы следующее: все эти Духи Личности на древнем Сатурне, так сказать, вдыхали бы и выдыхали тепло. Они смогли бы проделать весь путь своего естественного развития на Сатурне, и следствием этого было бы то, что через определенное время все вновь возвратилось бы к внутреннему состоянию тепла, и Сатурн как огненная планета во внешнем плане исчез бы, был бы вновь принят в царство духовного мира. Так могло бы случиться, и мы никогда не имели бы состояния Солнца, Луны и Земли, ибо все то, что заключено в выдохе, вновь перешло бы во внутреннее тепло и возвратилось бы в духовный мир. Но теперь мы хотели бы воспользоваться тривиальным выражением, чтобы быть понятнее: некоторым Духам Личности, так сказать, понравилось вдыхать обратно лишь некоторую часть выдохнутого тепла, так что при вдохе все эти "яйца" Сатурна снаружи не исчезали, а оставались. Так постепенно на Сатурне возникла определенная двойственность: внутренне тепло и наряду с ним - внешнее, воплощенное в сатурновых "яйцах". Это внешнее тепло не полностью возвращалось во внутренний план. Духи Личности, так сказать, сохраняли для себя часть выдыхаемого тепла, оставляя его во внешнем плане. Почему же, собственно, они делали это? Они были вынуждены так поступать, ибо, если бы они не делали этого, они вообще не смогли бы стать людьми на Сатурне.

Но что же это означает - стать людьми? Это означает - прийти к Я-сознанию. Вам не можете сделать этого, если вы как Я не будете отделять себя от внешнего мира. Лишь благодаря этому вы имеете свое "Я". Вот букет цветов, вот - я; я как "Я" отличаю себя от объекта. Духи Личности так бы вечно и изливали свое "Я", если бы не оставляли во внешнем плане нечто, что оказывало бы им некоторое сопротивление. Вовне пребывает нечто иное, и я отличаюсь от объективированного элемента тепла. Духи Личности пришли к своему "Я", к самосознанию благодаря тому, что они как бы вытеснили часть существа Сатурна в только лишь внешнее тепловое существование. Они говорили себе: "Я должен испустить из себя нечто и предоставить этому пребывать во внешнем плане, чтобы я мог отличать себя от него, чтобы от этого внешнего могло вспыхнуть мое Я-сознание". Так эти духи создали вокруг себя некое царство, создали одновременно отражение своей внутренней сущности во внешнем. Этим вызвано то, что когда жизнь Сатурна, так сказать, окончилась, Духи Личности оказались не в состоянии допустить исчезновение Сатурна. Если они смогли бы вдохнуть обратно весь огонь, Сатурн исчез бы, но они были не в состоянии вдохнуть обратно все то, что они уже выдохнули. Они должны были оставить себе поле, которое им предоставило возможность прийти к самосознанию.

Одни только Духи Личности не могли привести Сатурн к состоянию Пралайи. В этом должны были принять участие духи более высоких ступеней иерархии, которые должны были, так сказать, растворить все, чтобы могла наступить пралайя - промежуточное состояние, состояние небытия, сон. Высшие духи, Престолы, - мы приведем сейчас только их имя - должны были вступить в этот процесс, чтобы вновь все растворить. И вот, когда жизнь Сатурна подошла к концу, разыгрывался следующий процесс: Духи Личности достигли самосознания, вновь вобрали в себя часть тепла и восприняли как бы в сердцевину своей внутренней жизни самосознание, но оставили за собой царство низшего порядка. Теперь наступило царство Престолов, которые растворили все оставленное Духами Личности, и на Сатурне наступила своего рода планетарная ночь. За ней последовало планетарное утро. Все должно было - согласно тем законам, с которыми нам еще предстоит ознакомиться - как бы вновь пробудиться. И если бы древний Сатурн исчез вследствие того, что все тепло вдохнулось бы обратно, бытие Сатурна вновь перешло бы в духовный мир. Пробуждение вообще не смогло бы наступить. И хотя Престолы были бы в силах в течение некоторого времени растворить все то, что Духи Личности выделили в качестве "яиц", но они могли сделать это лишь на какое-то время. Для дальнейшего развития это должно было быть вновь передано низшему плану бытия. В результате этого наступило планетарное утро; настало второе преображение Сатурна, состояние Солнца. Что же в принципе возродилось в этом солнечном состоянии? Сюда после состояния планетарного сна с древнего Сатурна переселились Духи Личности, обладавшие теперь самосознанием и не вынужденные больше вновь пройти через то же самое, через что они уже прошли раньше. Между тем эти духи уже выдохнули те самые тепловые "яйца", которые постепенно выступали вновь, выделялись и дифференцировались из общей массы. Следствием этого явилось то, что теперь эти Духи Личности оказались, так сказать, связаны с тем, что они оставили после себя. Если бы они унесли все это с собой в духовный мир, они утратили бы связь с Солнцем, и им не пришлось бы спускаться вниз; тогда как теперь они должны были совершать такое нисхождение, так как они оставили там часть своего прежнего существа. Они должны были позаботиться об этом, это влекло их теперь вниз, к новому планетарному бытию.

Такова была карма Сатурна, вселенская, космическая карма. Так как Духи Личности на древнем Сатурне не все вобрали в себя, они тем самым как бы сами подготовили для себя карму и были вынуждены вернуться: они нашли внизу то, что сами же создали в качестве наследия древнего Сатурна. Но что же случилось теперь, когда Духи Личности приступили к переработке кармы, которую они сами создали? Вследствие этого произошло то, что я вчера в общих чертах охарактеризовал следующим образом: тепло разделилось, и одна его половина стала светом, а другая обратилась в дым. Так на возродившемся Сатурне из этих тепловых "яиц" возникла, с одной стороны, новая планета, образовавшаяся из газа, воздуха, и, как мы его называем здесь, дыма, а с другой стороны возник свет, посредством которого тепло, так сказать, вновь возвратилось в высшее состояние. Во внутреннем плане на преображенном Сатурне с одной стороны возникли дым, газ, воздух, с другой - свет! И если бы вы теперь отправились в путешествие по вселенной к той области, где находилось это древнее Солнце, то уже издали вы заметили и восприняли бы то, что возникло в качестве света, ибо за этим пребывал дым. Вы восприняли бы не сам свет, а некий светящийся шар, подобный тепловому шарообразному телу Сатурна. Он предстал бы перед вами в виде светящегося шара, и если бы вы вступили на его поверхность, вы ощутили бы при этом не только тепло, но и ветер, воздух и газ, струящийся во все стороны. Так тепловой шар превратился в светящийся шар, и возникло Солнце. Мы с полным правом можем называть этот шар Солнцем. И те тела, которые сегодня являются Солнцами, еще проходят в наше время через этот процесс: во внутреннем плане они представляют собой струящийся газ, с другой же стороны, их влияние выражается в том, что благодаря им газ становится светом; они распространяют свет во Вселенной. В этот момент в процессе преобразований Земли впервые возник свет. Там, в тепле, в древнем сатурновом тепле, сначала Духи Личности смогли стать людьми; в свете, который излучало тогда Солнце, людьми сумели стать те существа духовных иерархий, которых мы называем Архангелами. И если бы вы были в состоянии приблизиться к Солнцу не как современный человек, а как ясновидящий, вы смогли бы воспринимать не только светящуюся субстанцию, исходящую от Солнца, не просто свет; вам в этом свете открывались бы деяния Архангелов.

Однако эти Архангелы должны были, так сказать, взять нечто в придачу. Древние Духи Личности нашли на Сатурне чистый огонь. Архангелы же, которые смогли только на Солнце стать людьми, обнаружили на Солнце, где им предстояло пребывать, дым и газ. Что же они должны были совершить, чтобы остаться в тесной взаимосвязи с Солнцем, чтобы суметь там жить? Свою душу, свою внутреннюю сущность они создавали из света. Они образовывали свое душевное тело из света, но присоединяли к этому душевному телу в качестве внешнего тела газ. Подобно тому, как у вас сегодня есть душа и тело, так и эти Архангелы, находясь на Солнце на человеческой ступени развития, обладали внутренним, излучавшим свет, и внешним, физическим телом, которое состояло из газа и воздуха. Подобно тому, как физическое тело современного человека состоит из земли, воды, воздуха и огня, так и эти Архангелы состоят из воздуха, а их внутреннее состояло из света. Но в этом свете, естественно, присутствовал элемент огня, ибо именно из него развились свет и дым. Поэтому эти Архангелы имели в себе также огонь. Таким образом, все их существо состояло из света, дыма и огня. Итак, вам предстали бы Архангелы в телах, сотканных из газа, огня и света. Посредством света они изживали внешнюю жизнь, устремляя наружу в мировое пространство светящуюся энергию. Посредством огня они жили своей внутренней жизнью, в приятном тепле. Посредством газообразного тела они изживали жизнь на самой планете-Солнце. Теперь они могли, так сказать, на этой планете-Солнце отделять свое собственное газообразное тело от общей солнечной субстанции. Они сталкивались с другим, и благодаря этому у них вспыхивало некоего рода самосознание. Но это самосознание могло, формируясь, достигать все более и более высокого уровня лишь благодаря тому, что также и этим Архангелам, если позволено так выразиться, больше нравилось в определенном отношении оставаться в этом газообразном теле, дымообразном теле или, по меньшей мере, оставлять это тело в солнечной субстанции. Ибо эти Архангелы на древнейшем Солнце могли бы вновь в преображенном виде вобрать в себя весь тот дым и газ, которые, так сказать, окружали их. Итак, перед вами - истинный процесс дыхания! На древнем Солнце вы воспринимали бы все эти потоки и течения в газе как дыхательный процесс. Вы нашли бы определенные состояния, где было бы абсолютное затишье, и вы сказали бы на это: Архангелы вдохнули в себя весь струящийся газ. Однако затем Архангелы начинали совершать выдох: начинались внутренние течения, и одновременно с этим развивался свет. Так происходила смена состояний Солнца: когда Архангелы вдыхали в себя весь газ - наступало полное затишье и безветрие; ее сопровождали темнота, солнечная ночь. Когда же Архангелы делали выдох, Солнце наполнялось струящимся дымом, светилось наружу, и наступал солнечный день. Итак, существовал настоящий процесс дыхания всего солнечного тела в целом: выдох - солнечный день, свет заливает весь окружающий мир; вдох - солнечная ночь, во всем окружающем мире наступает темнота и мрак.

Итак, здесь перед вами имеет место различие между древним Солнцем и нашим сегодняшним Солнцем. Наше современное Солнце светит всегда, а темнота для нас наступает лишь тогда, когда что-то заслоняет от нас его свет. На древнем Солнце все обстояло иначе. Оно само обладало силой в сменяющих друг друга состояниях становиться то светлым, то темным, светиться и темнеть, ибо это было его выдохом и вдохом. А теперь попробуем представить себе как наяву, что же, собственно говоря, происходило при этом внешнем, видимым образом. Рассмотрим фазу выдоха: при этом распространяется свет, но Солнце в этой фазе наполняется дымом. Эти возникшие из дыма образы, эти истечения дыма представляли собой упорядоченные образования. В Солнечную субстанцию каждый раз во время выдоха вливалась, так сказать, определенная совокупность упорядоченных образований. То, что прежде имело лишь форму яйца, было тепловым "яйцом", преобразовалось во всяческие упорядоченные образования.

Возникли совершенно особые образования из дыма, обладавшие собственной внутренней жизнью и внутренней упорядоченностью. Таким образом, если позволительно употребить такое выражение, яйца были высижены. И это было действительно нечто такое, что можно сравнить с этим процессом уплотнения. И подобно тому, как из куриного яйца выводится цыпленок, так и из расколовшегося надвое теплового яйца вышли упорядоченные дымовые образования. Эти упорядоченные дымовые образы представляли собой наиболее плотные тела, которыми обладали Архангелы. Пребывая в телах из дыма, газа и воздуха, они населяли Солнце; в качестве людей они, так сказать, бродили по Солнцу. Итак, мы имеем теперь в духовном плане понятие о неподвижной звезде, имеем духовное понятие о Вселенском Солнце, которое, так сказать, является Солнцем благодаря своему собственному могуществу, благодаря которому также происходит смена дня и ночи. Подобно выдохам и вдохам совершалось чередование света и тьмы, ибо Солнце было тогда уже в некотором роде неподвижной звездой. Все, что в пространстве нашей вселенной светится самостоятельно, вместе со светом посылает в мировое пространство жизнь духовных посланников - Архангелов.

Но что же совершили эти древние Архаи, Начала, Духи Личности в результате своего развития, что же они создали? То, что, благодаря им Солнце вообще смогло возникнуть. В то время как иначе в эволюции имело бы место лишь бытие Сатурна, и во Вселенной существовал бы один лишь Сатурн со своими исполненными тепла Архаями, благодаря тому, что Архаи (Начала) оставили Сатурну внешние тепловые "яйца", Сатурн смог стать Солнцем. И именно на Солнце Архангелы получили возможность пройти через человеческую ступень развития. Они стали для мира вестниками, которые смогли провозгласить: "Нам предшествовали Духи Личности. Мы, вестники, возвещаем миру в сиянии света прежнее бытие теплого, нагретого изнутри Сатурна. Мы - вестники, посланники Архаев". - Вестник означает "Ангел", Архаи значит "Начала"; таким образом, эти Архангелы являлись не чем иным, как вестниками о деяниях Начал, или Архаев, совершенных ими в древнейшие времена. Поэтому они называются Ангелами Начал, Архангелами. Таким образом, эти Архивестники были человечеством Солнца.

ЧЕТВ╗РТЫЙ ДОКЛАД. 13 апреля 1909 г., вечером

Если мы еще раз бросим взгляд на все то, что было сказано сегодня утром, нам на примере более прозрачных и менее погруженных в майю или иллюзию обстоятельств на Сатурне станет намного понятнее, как в действительности происходит освобождение или дальнейшее сковывание определенных существ, о которых мы говорили вчера в связи с цитировавшимися местами Божественной Гиты, исполненными глубочайшего смысла и значения. Вспомните еще раз то, о чем мы говорили прежде: если бы Духи Личности на древнем Сатурне каждый раз полностью вбирали в себя эти яйцевидные тепловые тела и ничего не оставляли, то весь древний Сатурн после завершения своего развития был бы втянут, собственно, в духовный мир. Но, как уже говорилось, этого не произошло, ибо Духи Личности, обитавшие на древнем Сатурне, действуя активнее, чем они должны были это делать, наложили, так сказать, на весь Сатурн свой отпечаток посредством того, что они, отпуская нечто из себя, вбирали это обратно в себя уже не полностью, и оставили после себя внешне воспринимаемые тепловые тела.

Что же это была за сила, которая, собственно говоря, действовала в Духах Личности на древнем Сатурне? Она была не чем иным, как той же силой, которая сегодня известна людям в качестве силы мысли. Ибо, в сущности, Духи Личности на древнем Сатурне занимались не чем иным, как проявлением этой силы мысли. Это означает, что вышеупомянутые тепловые "яйца" образовались благодаря тому, что Духи Личности вызвали в себе самих представление об этих тепловых "яйцах". Итак, Духи Личности обладали силой представления, которая только имела гораздо большее могущество, чем у нынешнего человека. Каким же могуществом обладает сила представления у современного человека? Друзья мои, когда вы образовываете себе сегодня какое-нибудь представление, в астральном плане возникает некая форма, представление простирается только до астрального плана. Поэтому невозможно констатировать пребывание, существование этой формы вашего представления во внешнем, физическом плане. Однако на древнем Сатурне Духи Личности были могущественными магами. Они силой мысли создавали эти тепловые яйца Сатурна и посредством той же силы мысли оставляли их. В принципе, силой этих Духов Личности возникли остатки древнего Сатурна, и эти остатки проявлялись вновь и вновь, и, наконец, даже в ходе развития Солнца.

Итак, теперь нам совершенно понятно, что то существо, которое, собственно и является человеком, воспринимает формы окружающего мира, ибо то, что было сформировано в качестве "яиц", образовалось из мира, окружавшего Сатурн. Понятно и то, что эти "яйца" должны были пребывать в зачарованном, скованном виде до следующей ступени бытия.

Итак, здесь - ибо здесь обстоятельства еще не так запутаны - перед нашим взором предстает всеобъемлющим образом то, о чем говорилось вчера. Здесь мы можем сказать: взгляни на огонь Сатурна, взгляни на то, что постоянно одухотворяется огнем Сатурна, что постоянно вбирается обратно как внутренний, душевный огонь, как чувство наслаждения от огня, - все это восходит в высшие миры. Но если бы все ограничивалось лишь этим, Сатурн исчез бы в высших мирах. Все то, что является внешне воспринимаемым теплом, что уплотняется до внешнего тепла, должно возродиться и вновь появиться, как это уже описывалось, на Солнце.

А теперь бросим взгляд на все то, о чем мы уже говорили сегодня. Мы выяснили, что на этом древнем Солнце те существа духовных иерархий, которые именуются Архангелами или Духами Огня, прошли свою ступень развития в качестве человечества, и что элемент огня, с одной стороны, уже уплотняется, превращаясь в дым, в газ, так что Солнце становится уже неким газовым шаром, а с другой - этот газ разогревается настолько, что изливает свет в просторы Вселенной. И именно в этом сиянии света обитают Архангелы или Духи Огня, которые поглощают и изливают свет, и в этом и заключается их жизнь. Я уже говорил вам о том, что, если бы вы были в силах совершать путешествие через пространства Вселенной, вы уже издали заметили бы древнее Солнце, светящееся навстречу вам. Во внутреннем плане древнего Солнца вы воспринимали бы различные потоки газов, представляющие собой как бы процесс дыхания всего солнечного тела в целом.

Теперь еще раз окинем нашим внутренним взором этот древний Сатурн, это древнее Солнце. Как мы уже убедились, на обоих этих планетарных телах царит жизнь и движение, и там что-то происходит. Мы уже описывали древний Сатурн, и таким образом, вам известно, что на нем все время формируются эти яйцевидные образования и затем вновь растворяются и исчезают, за исключением тех, которые остаются. Поэтому тот, кто наблюдал бы эту внутреннюю подвижность древнего Сатурна, с полным правом мог бы сказать себе: - "Этот Сатурн является, собственно, неким единым живым существом". И это действительно так, как будто он абсолютно живое существо. Он живет в себе самом, и из своей собственной жизни он постоянно образует различные формы и т. д. Это же, причем в еще большей мере, относится и к древнему Солнцу. Оно представляет собой некую совокупность перемены различных состояний, смены солнечного дня и солнечной ночи, вдохов и выдохов света. Все это, если бы мы могли наблюдать это, произвело бы на нас впечатление не мертвых, а, напротив, преисполненных жизни космических тел.

Итак, все то, что реально живет и реализует такую активность, обладает внутренней жизнью и движением лишь благодаря тому, что этим движением управляют и направляют его духовные существа. Мы уже беседовали о том, что Духи Личности образуют эти яйцеобразные формы посредством силы своей мысли. Однако, как вы понимаете, вначале должно было существовать нечто, из чего можно было бы черпать материю для этих яйцевидных образований. Между тем сами по себе Духи Личности, Начала или Архаи, такую материю создавать не могли. Это именно то, что мы должны ощущать всем существом, то есть, что должно существовать нечто такое, из чего можно черпать материю, а также не выделившееся в отдельную субстанцию тепло и сам огонь. Духи Личности могли лишь придавать всему этому определенную форму, тогда как само тепло они должны были брать откуда-то еще. Откуда же весь этот мир Сатурна, и, прежде всего Духи Личности, получали эту тепловую субстанцию и сам элемент тепла или огня? Они могли получать это лишь от духов более высокого плана, от тех духовных существ, которые прошли через свой этап развития в качестве человечества уже так давно, что и на самом древнем Сатурне они давно уже превзошли этот этап развития в человеческом плане. И поэтому, чтобы составить себе представление об этих существах столь высокого порядка и о том, почему они были так необходимы для создания тепловой и огненной субстанции древнего Сатурна, нам придется для сравнения хотя бы немного припомнить развитие самого человека, так как человек тоже когда-нибудь станет божественным существом.

Мы знаем, что человек, каким он сегодня предстает нам, состоит из четырех членов человеческой природы, часто упоминаемых нами, которые является ключом для всей духовной науки в целом, а именно то, что человек состоит из физического тела, эфирного тела, астрального тела и "Я". Кроме того, нам известно, что человек развивается дальше, что его "Я" вырабатывается на основе его внутреннего духовного пространства, что он поначалу преображает свое астральное тело, чтобы полностью подчинить его господству своего "Я". Когда же такое астральное тело претерпевает столь сильное преобразование, что "Я" приобретает полную власть над ним, мы вправе говорить: - Это астральное тело является теперь таким, что уже способно заключить в себе Самодух, или Манас. Итак, астральное тело, над которым господствует "Я", представляет собой Самодух, или Манас. Точно так же обстоит дело и с эфирным телом. Когда "Я" проявляет себя еще более интенсивно, оно преодолевает так же сопротивление сил эфирного тела, и преображенное эфирное тело являет собой Жизнедух, достигнув состояния Буддхи. И, наконец, когда "Я" приобретает полную власть над физическим телом, когда оно преодолевает наиболее активно сопротивляющиеся ему силы - силы физического тела, тогда человек имеет в себе также Духочеловека, или Атма. Итак, мы имеем семичленного человека, который преобразил свое физическое тело в Атма, или Духочеловека. Внешне его физическое тело выглядит как обычное физическое тело, внутренне же оно целиком подчинено "Я" и пронизано им. Таким образом, физическое тело является одновременно и физическим телом, и Атма. И эфирное тело человека есть одновременно и эфирное тело, и Жизнедух, или Буддхи. Точно так же и астральное тело человека представляет собой одновременно и астральное тело, и Самодух, или Манас, а "Я" господствует во всем и надо всем. Так человек продвигается к более высоким ступеням своего развития, так он преображает самого себя, трудясь над достижением божественности, деификации (Deifikation), как говорит Дионисий Ареопагит, друг и ученик апостола Павла